Залог прав по договору банковского счета (вклада) — модуль «Залоговый счет: правовое регулирование и практика применения»

Коллеги, предлагаю обсудить тему оспаривания залоговых счетов перед банкротством должника. Как вы считаете, почему они не так популярны и вообще практики оспаривания по этому вопросу почти нет? А та что есть очень специфична. Собственно выводы анализа:

Практика по этому вопросу оказалось не так многочисленна, но во всех случаях можно проследить следующее: заключению договора залога счета  предшествовало добанкротное оформление кредита для должника, либо банковской гарантии, затем оформлялся залог прав (требований) по отношению к контрагенту должника (например, гос. контракт), а затеем оформление залога счета должника, после этого следовало банкротство должника и перечисление с залогового счета на счет залогового кредитора.

Анализ практики оспаривания договора залогового счета показал, что заявители, которые хотят оспорить сделку залогового счета (либо перечисления с указанного счета) используют:

-конкурсное оспаривание (ст. 61.3 Закона о банкротстве)

и

-внеконкурсное оспаривание (ст.ст. 10, 169, 170 ГК РФ).

Внеконкурсное. Оспаривание в порядке ст.ст. 10, 169, 170 ГК РФ.

Постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.05.2021 N Ф05-4399/2021 по делу N А40-132989/2021

Обстоятельства дела:

11.07.2021 Банк предоставил ООО 1 по Генеральному соглашению банковские гарантии;

20.03.2021 Между Банком и ООО 1 также заключен Кредитный договор об открытии кредитной линии (с установленным лимитом задолженности);

25.09.2021 в обеспечение исполнения обязательств ООО 1 перед Банком между сторонами был заключен Договор залога прав (требований). По договору ООО 1 передало Банку в залог права требования к своему контрагенту-права (требования) на получение в полном объеме денежных средств, вытекающие из государственного контракта;

24.12.2021 года ООО 1 заключило с Банком договор залога счета. В этот же день передало Банку права по заключенному между ними Договору залогового счета;

13.05 2021 года ООО 2, являясь кредитором ООО 1 по просуженной задолженности, предъявило к исполнению в Банк исполнительный лист;

08.06.2021 года – введено наблюдение.

После обращения ООО 2 к Банку с исполнительными документами, они были  помещеныБанком в очередь неисполненных в срок распоряжений к расчетным счетам.  В отношении залогового счета Банк отказал.

ООО 2 обратилось в арбитражный суд с иском к ООО 1 и Банку о признании недействительными

-договора залогового счета от 24.12.2021,

-договора залога прав по договору залогового счета от 24.12.2021.

ООО 2 указывает на следующее:

…Вышеуказанные договоры являются недействительными в силу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), а действия ответчиков были направлены на вывод денежных средств в нарушение интересов добросовестных кредиторов, поскольку в данном случае основной целью ответчиков при заключении оспариваемых договоров являлось именно создание условий ООО 1 для свободного распоряжения денежными средствами, поступающими на данный залоговый счет. Данные договоры были заключены ответчиками с иной целью, отличающейся от цели обеспечения исполнения кредитных договоров.

Указанные выводы, по мнению истца, следуют из условий Договора залогового счета:

— Банк не определил твердую сумму, а предоставил ООО 1 возможность свободно распоряжаться всеми поступающими средствами;

— Срок действия данного договора не определен сторонами.

Истец считает, что Договор залогового счета необходимо квалифицировать как Договор об открытии расчетного счета, что соответственно говорит о притворности сделок по заключению Договора залогового счета и Договора залога прав по договору залогового счета.

Выводы суда:

Для признания сделки недействительной заявителюнеобходимо доказать, что:

1. такой сделкой нарушены его права и законные интересы
2. целью предъявления иска является их восстановление. (Исходя из смысла части 1 статьи 4 АПК РФ).

Способы защиты прав (в том числе такой способ, как признание сделки недействительной) подлежат применению в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения (по смыслу статьи 12 ГК РФ).

Для обращения взыскания на залоговый счет преимущественно перед требованиями залогодержателя счета, заявителю необходимо предоставить документы, подтверждающие, что именно обязательства заявителя обеспечены залогом, либо доказать, что иного имущества у должника нет.

К этому выводу пришел суд, толкуя п. 1 статьи 72.1 Закона об исполнительном производстве и отказывая в удовлетворении требования об оспаривании сделки:

— ООО 2 (истцом) в Банк не были представлены документы, подтверждающие, что обязательства ООО 1 перед ООО 2 обеспечены залогом прав по договору банковского счета;

— в представленных ООО 2 документах не было указания на то, что у должника отсутствует иное имущество, за счет которого могут быть удовлетворены требования.ООО 2 не обладает и не могло обладать сведениями о наличии иного имущества у ООО 1.

Соответственно, ООО 2 не является кредитором, чьи требования должны быть удовлетворены преимущественно перед требованиями залогодержателя или иными кредиторами общества.

Для того чтобы залоговый счет не признали открытым неправомерно (притворно)и доказывания, что у Банка не было препятствий для открытия залогового счета, необходимо:

 на момент открытия залогового счета отсутствие решений налоговых, таможенных органов о приостановлении операций по счетам залогодателя;

проведение открытия залогового счета Банкомруководствуясь Инструкцией Банка России от 30.05.2021 N 153-И «Об открытии и закрытии банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам), депозитных счетов».

При этом, предъявленные третьими лицами к расчетным счетам и неисполненные исполнительные документы не отнесены действующим законодательством к ограничениям, запрещающим открытие Банком залогового счета.

Таким образом, у Банка не будет незаконных оснований и для отказа обществу в открытии залогового счета.

Гражданское законодательство предоставило сторонам договора залога право по договору залогового счета не определять твердую денежную сумму предмета залога.

Делая указанный вывод, суд сослался на пункт 2 статьи 358.10 ГК РФ, согласно которому  если иное не предусмотрено договором залога прав по договору банковского счета, договор считается заключенным с условием о залоге прав в отношении всей денежной суммы, находящейся на залоговом счете в любой момент в течение времени действия договора.

Если кредитор уже включился в реестр, а затем просит признать сделку вне конкурса недействительной, основывая свои требования на тех же исполнительных документах, предъявленных для включения в реестр, суд может указать, что такой кредитор уже защитил свой материально-правовой интерес о взыскании денежных средств, предусмотренным законом способом.

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.10.2021 г. по требования общества ООО 2 были включены в третью очередь реестра требований ООО 1. При этом требования ООО 2 основаны на тех же исполнительных документах, которые были предъявлены в Банк для исполнения, в связи с чем судебная коллегия полагает необходимым отметить, что  ООО 2 уже защитило свой материально-правовой интерес о взыскании денежных средств с ООО 1 предусмотренным законом способом.

Суды 3-х инстанций отказали. Кассационный суд, помимо указанного выше обоснования,касающегося специфики залогового счета в основу решения заложил следующие доводы:

1. Поскольку ООО 1 уступило свои права в отношении получения переводов от гос. контракта Банку, то Банк, а не иные кредиторы должника, имеет преимущественное право на удовлетворение своих требований за счет поступивших денежных средств от этого контракта, независимо от факта открытия залогового счета, поскольку права (требования) по государственному контракту находятся в залоге у Банка.

2. Срок исполнения обязательств по кредитным договорам не наступил вплоть до введения наблюдения в отношении общества ООО 1 (08.06.2021), Банк не имел возможности реализовать права, вытекающие из оспариваемых сделок, списывать денежные средства, находящиеся на залоговом счете, в счет исполнения обязательств своего контрагента перед Банком.

В этой связи основания считать оспариваемые сделки притворными, а также заключенными с целью злоупотребления правом и причинения вреда имущественным интересам истца и/или иных кредиторов, у судов отсутствовали.

Оспаривание по основаниям ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве.

Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 11.12.2021 N Ф09-5905/18 по делу N А50-22272/2021

Обстоятельства дела:

12.03.2021 между Банком и обществом был заключен договор кредита:

30.03.2021 общество передало в залог свои права требования по получению оплаты работ на выполнение гос. контракта Банку;

30.03.2021 общество открыло залоговый счет и передало его в залог Банку в обеспечение кредита;

24.10.2021 вынесено определение о возбуждении дела о банкротстве;

15.02.2021 совершены сделки по списанию денежных средств с залогового счета

(направлены на погашение обязательств, возникших до возбуждения дела о банкротстве, в результате указанной сделки погашена (частично) задолженность перед Банком, подлежавшая включению в реестр требований кредиторов должника и обеспеченная залогом имущества должника);

13.06.2021 введена процедура наблюдения.

Конкурсный управляющий просил признать недействительными сделками

-договоры залога по п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), ст. 10 ГК РФ;

-операции по списанию — по ст. 61.3. Закона о банкротстве.

КУ указал на то что суды ошиблись и не учли следующего:

-у должника были неисполненные обязательства перед налоговой и по зарплате;

-неверно оценено имущество должника (его недостаточно для удовлетворения требования);

-бремя доказывания на КУ возложено неправомерно, Банк должен был убедиться в достаточности имущества должника перед тем как заключать сделку (факт осведомленности Банка о неплатежеспособности должника подтверждается заключением договора залога, публикацией на Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, а также бухгалтерской отчетностью)

— 100% залогового имущества Банку не принадлежит, как минимум 5 % Банк должен вернуть в массу.

1 инстанция взыскала 20% от залога и указала:

-Платежи совершены после возбуждения дела о банкротстве, в связи с чем Банк, проявляя должную степень осмотрительности, должен был знать о возбуждении процедуры банкротства в отношении должника, и, следовательно, о наличии иных кредиторов.

-Факт получения Банком большего удовлетворения, чем предусмотрено правилами статьи 138 Закона о банкротстве, свидетельствует о преимущественном удовлетворении его требований перед иными кредиторами. Если бы перечисление было бы по правилам статьи 138 Закона о банкротстве (80 % на случай недостаточности иного имущества должника), Банк как залоговый кредитор вправе был рассчитывать на получение 80% от поступающих средств, оставшиеся 20%должны были поступить на специальный счет и распределяться. Поэтому сделки недействительны в части превышающих 80%. В удовлетворении остальной части требований суд отказал.

Апелляция это решение отменила и отказала полностью, кассация – подтвердила отказ.

Выводы суда кассационной инстанции:

У оспаривания залоговой сделки должника с предпочтением особый предмет доказывания. Нужно доказать недобросовестность.

1. Суд сослался на п. 29.3 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2021 N 63, и указал:

Сделка по удовлетворению требования, обеспеченного залогом (перечисление средств) может быть признана недействительной на основании

1. абз. 5 п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве;

2.  п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Только если

1. залогодержателю было либо должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика;(КУ не смог этого доказать дажесославшись на заключение договора залога, публикации на ЕФРСБ, а также бухгалтерскую отчетность).

2. вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы если бы руководствовался требованиями о банкротстве (ст. 138 Закона о банкротстве). Условиями, указывающими на наличие признаков такой предпочтительности, являются:

а) после совершения  сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в ст. 138 Закона о банкротстве;

У должника имелось имущество предварительной стоимостью 4,4 млрд. руб.

Поэтому залоговый кредитор вправе был рассчитывать на безусловное удовлетворение своих требований от реализации заложенного имущества в размере 100 процентов от его стоимости.

б) оспариваемой сделкой прекращено в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

В данном деле оспариваемой сделкой не прекращались обязательства по уплате неустоек или иных финансовых санкций, поскольку платежи осуществлялись в счет погашения основного долга и процентов по кредиту.

.Доказательств, что после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в ст. 138 Закона о банкротстве, не представлено.

Конкурсный управляющий должника при подаче заявления в суд на вышеуказанные обстоятельства не ссылался.

Помимо этого, суд указал:

Если платежи осуществлялась в рамках сложившихся между должником и Банком залоговых правоотношений — это само по себе не может привести к предпочтительному удовлетворению требований Банка как залогового кредитора должника, уже обладавшего преимуществом перед другими кредиторами должника в силу закона.

Списания с залогового счета не следует расценивать в качестве сделок, совершенных в рамках обычной хозяйственной деятельности, поскольку оспариваемые списания совершены в счет исполнения просроченных кредитных обязательств.

Относительно спора о процентом соотношении, суд указал, что право залогодержателя получить удовлетворение за счет заложенного имущества залогодателя преимущественно перед другими кредиторами предусмотрено законом(п. 1 ст. 334 ГК РФ, ст. 138 ФЗ о банкротстве).Конечно, ст. 138 относительно залога предусмотрено что 80 % от залога удовлетворяется, а остальные 20 % идут на 1 и 2 очередь, однако – это толькона случай недостаточности иного имущества должника для проведения расчетов по этим требованиям, в остальном залогодержателю принадлежит 100 %.

Более того, если стоимость залога на момент заключения договора гораздо выше списаний в счет исполнения обязательств, говорить о том, что это повлекло преимущественное удовлетворение требований Банка перед иными кредиторами, не представляется возможным.

Также суд указал:

— конкурсным управляющим не доказано и не обосновано, что Банк был осведомлен о том, что после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве;

-доводы конкурсного управляющего об осведомленности ответчика о недостаточности имущества должника и о нарушении совершением спорных платежей очередности погашения залоговой задолженности опровергаются имеющейся информацией о том, что у должника имеется имущество предварительной стоимостью 4,4 млрд. руб.;

— залоговый кредитор вправе был рассчитывать на удовлетворение своих требований от реализации заложенного имущества,

— суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемая сделка по списанию денежных средств не может быть признана недействительной, поскольку в результате ее совершения были удовлетворены требования залогового кредитора и оспаривающим сделку лицом не были доказаны обстоятельства, влекущие ее недействительность (пункт 29.3 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2021 N 63).

-Суд апелляционной инстанции в соответствии с нормами статьи 61.3 Закона о банкротстве и разъяснениями пункта 29.3 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2021 N 63 правомерно включил в предмет доказывания по настоящему обособленному спору факт осведомленности либо неосведомленности Банка о вышеуказанных обстоятельствах, и на основании совокупной оценки представленных доказательств, доводов и возражений участников спора пришел к выводу о недоказанности того обстоятельства, что на момент совершения спорной сделки Банку было либо должно было быть известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве; утверждение конкурсного управляющего об обратном опровергнуты ответчиком в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

-Утверждение кассатора о том, что суд апелляционной инстанции необоснованно возложил бремя доказывания недостаточности имущества на конкурсного управляющего, судом округа отклоняется, поскольку (как уже указано ранее) необходимым элементом, позволяющим признать недействительной сделку, указанную в пункте 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, является условие об осведомленности ответчика об указанном обстоятельстве; кроме того, именно конкурсный управляющий в силу возложенных на него законодательством о банкротстве обязанностей по формированию и реализации конкурсной массы и ведению реестра кредиторской задолженности — обладает указанной информацией. Исходя из положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, бремя доказывания недобросовестности контрагента должника возлагается на лицо, оспаривающее сделку, в данном случае в качестве такового выступает конкурсный управляющий.

-Довод заявителя о том, что вывод апелляционного суда о том, что ответчику безусловно принадлежит 100% залогового имущества незаконен и противоречит действительности, так как минимум 5% безусловно подлежат возврату в конкурсную массу, также подлежит отклонению судом кассационной инстанции, так как правило распределения денежных средств в порядке, предусмотренном статьей 138 Закона о банкротстве, применяется при недействительности сделки, однако в рассматриваемом обособленном споре суд апелляционной инстанции, исходя из совокупности установленных обстоятельств дела, сделал вывод об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Постановление Арбитражного суда Московского округа от 30 января 2021 г. по делу N А40-209505/14

Обстоятельства дела:

13 августа 2021 года АО «Славянка» и Банк заключили кредитное соглашение.

 24.09.2021 доп согл к кредитному договору в залог переданы права по банковскому счету заемщика, открытому у кредитора, оформленный договором залога прав по банковскому счету.

24.09.2021 в залог переданы имущественные права заемщика по контракту.

13 января 2021 года принято заявление о банкротстве.

17 июня 2021 АО «Славянка» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Сделки по списанию средств с залогового счета совершены в период с 12 января 2021 года по 25 февраля 2021 года.

Конкурсный управляющий АО «Славянка» обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой банковских операций по списанию со счета АО «Славянка» в пользу АО «Альфа-Банк» денежных средств в общем размере 518 607 965,66 рублей в рамках кредитного соглашения от 13.08.2021 и применении последствий ее недействительности.

1 инстанция 17 июля 2021 года отказала, 9ААС 12 октября 2021 года подтвердило решение.

Позиция 1 и 2 интанции:

Суд 1 инстанции указал, что сделки совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности (пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве) поэтому  не могут быть признаны недействительными на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции указал, что АО «АЛЬФА-БАНК» как залогодержатель имеет право получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом (п. 1 ст. 334 Гражданского кодекса РФ), а также поддержал вывод суда первой инстанции о об обычной хозяйственной деятельности.

Кредиторы и КУ обратились в Арбитражный суд Московского округа.

Позиция кассационного суда:

 Банк как залогодержатель имеет право получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя).

Cделка не может быть признана недействительной, поскольку в результате ее совершения были удовлетворены требования залогового кредитора, управляющий не доказал получение банком в результате перечисления денежных средств удовлетворения большего, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, и осведомленность банка об этом обстоятельстве. Cделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 настоящего Федерального закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период. Таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам.

Позиция заявителей жалобы:

Конкурсный управляющий сослался на пункты  1, 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Заявители жалобы указали — выводы судов в части признания сделок обычной хоз деятельностью ошибочны так как

ранее между сторонами спора кредитные договоры не заключались и аналогичные сделки, отсутствуют,

кредитные обязательства были погашены должником досрочно,

оспариваемые банковские операции превышают 1% от стоимости активов должника.

Заявители полагают, что при наличии картотеки неисполненных платежных поручений спорные банковские операции не могут быть признаны совершенными в процессе обычной хозяйственной деятельности.

Суд (признавая платежи в пользу залогового кредитора) не выяснил, осталось ли у должника имущество, необходимое для удовлетворения требований кредиторов первой и второй очереди, прекращены ли оспариваемой сделкой обязательства по уплате неустоек и иных финансовых санкций.

Суды не приняли во внимание, что в залоге у Банка находились имущественные права АО «Славянка» по государственному контракту, то есть обычная дебиторская задолженность на сумму 7 500 000 000 руб., при этом оспариваемые банковские операции не связаны с залоговыми правоотношениями.

Суд первой инстанции установил, что на день совершения оспариваемого платежа у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, чьи требования подлежали учету в составе первой, второй и третьей очереди реестра, тогда как в результате вышеуказанной сделки Банк получил преимущественное удовлетворение своих требований перед удовлетворением требований других кредиторов должника, существовавших до совершения оспариваемых действий.

Пояснение позиции кассации:

Поскольку в силу п. 1 ст. 334 Гражданского кодекса РФ требования залогового кредитора в части, обеспеченной залогом, погашаются в приоритетном порядке перед остальными кредиторами, за изъятиями, установленными законом.

В соответствии с положениями п. 2 ст. 138 Закона о банкротстве 80 процентов средств, вырученных от реализации предмета залога, гарантированно направляется на погашение требований кредитора по кредитному договору, обеспеченному залогом имущества должника (в пределах непогашенных сумм кредита и процентов за пользование кредитом). Оставшиеся 20 процентов резервируются на специальном банковском счете должника для погашения: требований кредиторов первой и второй очереди (независимо от момента возникновения указанных требований) на случай недостаточности иного имущества должника для проведения расчетов по этим требованиям (15 процентов средств), а также названных в Законе видов текущих платежей (5 процентов средств).

На основании разъяснений, содержащихся в предпоследнем абзаце пункта 29.3 Постановления Пленума ВАС РФ N 63, при оспаривании полученного залоговым кредитором платежа суд признает его недействительным только в части, соответствующей размеру обязательств, погашенных с предпочтением.

При рассмотрении оснований недействительности сделки, связанных с совершением сделки с предпочтением, суды правильно приняли во внимание, что платежи осуществлялась в рамках сложившихся между должником и Банком залоговых правоотношений, что само по себе не могло привести к предпочтительному удовлетворению требований Банка как залогового кредитора должника, уже обладавшего преимуществом перед другими кредиторами должника в силу закона.

Как следует из абз. 2 п. 29.3 Постановления Пленума ВАС РФ N 63 такая сделка может быть признана недействительной на основании абзаца пятого пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, лишь если залогодержателю было либо должно было быть известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, а именно хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие признаков предпочтительности:

а) после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве;

б) оспариваемой сделкой прекращено в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

Названная правовая позиция об особом предмете доказывания при оспаривании залоговой сделки должника с предпочтением сформирована судом надзорной инстанции в пункте 29.3 Постановления Пленума N 63 и правильно учтена судами.

В данном случае оспариваемой сделкой не прекращались обязательства по уплате неустоек или иных финансовых санкций, поскольку суды установили, что платежи осуществлялись в счет погашения основного долга и процентов по кредиту.

Доказательств, что после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди (около 5, 400 000 руб.), и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве, не представлено.

Конкурсный управляющий должника при подаче заявления в суд на вышеуказанные обстоятельства не ссылался.

Следовательно, залоговый кредитор вправе был рассчитывать на безусловное удовлетворение своих требований от реализации заложенного имущества в размере 100 процентов от его стоимости.

Выписка по залоговому счету, свидетельствующая о размере платежей, поступивших на залоговый счет, не свидетельствует о превышении суммы оспариваемых платежей суммам, поступившим на счет.