Употребление глагольных конструкций действительного и страдательного залога в русском языке – статья раздела Глагол, Морфология, Русский язык. Правила и другая полезная информация онлайн ::

Употребление глагольных конструкций действительного и страдательного залога в русском языке – статья раздела Глагол, Морфология, Русский язык. Правила и другая полезная информация онлайн :: Залог недвижимости
На чтение 57 мин. Просмотров 44 Опубликовано
Содержание
  1. Основная литература
  2. 1.3. Наклонение
  3. Категория залога

Основная литература

  • Богданов А.В. Семантика и синтаксис отглагольных адъективов. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. М.: МГУ. 2022.
  • Влахов А.В. Причастия будущего времени в русском языке. Выпускная квалификационная работа бакалавра филологии. СПб: СПбГУ. 2022.
  • Вяльсова А.П. Типы таксисных отношений в современном русском языке (на материале причастных конструкций). Автореферат дисс. … к. филол. наук. М. 2008.
  • Годизова З.И. Видо-временные значения причастия совершенного вида. Автореферат дисс. … канд. филол. наук. СПб. 1991.
  • Грамматика 1953 – Виноградов В.В. (Ред.) Грамматика русского языка, т. 1‑2. М.: АН СССР. 1953. C. 506–521.
  • Грамматика 1980 – Шведова Н.Ю. (Ред.) Русская грамматика. Том I. М.: Наука. 1980. C. 665–671.
  • Демьянова Е.М. Соотношение между временем сказуемого и временем атрибута-причастия с суффиксами —ущ-, —ющ-, —ащ-, —ящ— на морфологическом уровне // Dissertationes Slavicae. Sectio Linguistica, 22. Szeged. 1991. С. 11–17.
  • Иванникова Е.А. О так называемом процессе адъективации причастий // Вопросы исторической лексикологии и лексикографии восточнославянских языков. М.: Наука. 1974. С. 297–304.
  • Исаченко А.В. Грамматический строй русского языка в сопоставлении с словацким. Морфология. I-II. Издание второе. М.: Языки славянской культуры. 2003 (Репринт издания Братислава. 1965. 1-е изд.: 1954–1960).
  • Кавецкая Р.К. Наблюдения над временными значениями действительных причастий современного русского языка // Труды историко-филологического факультета Воронежского государственного университета, 29. Воронеж. 1954. С. 137–151.
  • Кавецкая Р.К. Синтаксические функции конструкций с действительным причастием в современном русском языке // Труды Воронежского государственного университета, 42(3). Воронеж. 1955. С. 83–85.
  • Калакуцкая Л.П. Адъективация причастий в современном русском литературном языке. М.: Наука. 1971.
  • Калакуцкая Л.П. Время причастий // Русский язык в школе, 1. 1967. С. 62–68.
  • Князев Ю.П. Акциональность и статальность: их соотношение в русских конструкциях с причастиями на -н, -т. München: Otto Sagner. 1989.
  • Козинцева Н.А. Таксисные функции, передаваемые причастиями и причастными оборотами, в русском языке // Бондарко А.В., Шубик С.А. (Отв. ред.) Проблемы функциональной грамматики. Семантическая инвариантность / вариативность. СПб: Наука. 2003. С. 175–189.
  • Крапивина К.А. Причастный таксис в русском языке. Дипломная работа. СПб.: СПбГУ. 2009.
  • Краснов И.А. Переход причастий в прилагательные в современном русском литературном языке. Канд. дисс. М. 1955.
  • Лисина Н.М. Действительное причастие как компонент семантической структуры предложения // Предложение и его структура в языке (русский язык). М. 1986. С. 74–83.
  • Лопатин В.В. Адъективация причастий в ее отношении к словообразованию // Вопросы языкознания, 5. 1966. C. 37–47.
  • Луценко Н.А. К характеристике некоторых личных и причастных форм как членов видовой парадигмы глагола // Ученые записки Тартуского ун-та, 439. Вопросы русской аспектологии, 3. 1978а. С. 102–110.
  • Луценко Н.А. Об изучении вида и других категорий причастия (заметки о состоянии и перспективах) // / Ученые записки Тартуского ун-та, 439. Вопросы русской аспектологии, 3. 1978б. С. 89–101.
  • Осенмук Л.П. О разграничениип страдательных причастий прошедшего времени и омонимичных отглагольных прилагательных // Русский язык в школе, 2. 1977. С. 81–85.
  • Падучева Е.В. Об атрибутивном стяжении подчиненной предикации в русском языке. В: Машинный перевод и прикладная лингвистика, 20. М. 1980. С. 3–44.
  • Пешковский А.М. Русский синтаксис в научном освещении. – 8-е изд., доп. – М.: Языки славянской культуры. 2001 (1-е изд. – М. 1928). С. 12–133.
  • Плунгян В.А. Причастия и псевдопричастия в русском языке: о границах вариативности. Доклад, прочитанный 26 февраля 2022 г. (Осло). 2022.
  • Рожкова А.Ю. Причастия и деепричастия как маркеры уровня речевой компетенции говорящего (на материале звукового корпуса русского языка). Выпускная работа … магистра лингвистики. СПб: СПбГУ. 2022.
  • Русакова М.В., Сай С.С. 2009. Конкуренция действительных причастий прошедшего и настоящего времени // Киселева К.Л., Плунгян В.А., Рахилина Е.В. (Ред.) Корпусные исследования по русской грамматике. Сборник статей. М.: Пробел-2000. 2009. С. 245–282.
  • Сазонова И.К. 1989. Русский глагол и его причастные формы. М.: Русский язык. 1989.
  • Холодилова М.А. Конкуренция стратегий релятивизации подлежащего в русском языке: корпусное исследование. Курсовая работа. СПб: СПбГУ. 2009.
  • Холодилова М.А. Релятивизация О-участника при пассиве в русском языке. Выпускная квалификационная работа студентки 4-го курса. СПб: СПбГУ. 2022.
  • Холодилова М. А. Конкуренция стратегий релятивизации подлежащего в русском языке // Acta Linguistica Petropolitana. Труды Института лингвистических исследований РАН, 8(3). 2022. С. 219–224.
  • Холодилова М. А. Конкуренция основных стратегий релятивизации подлежащего в русском языке // Acta Linguistica Petropolitana. Труды Института лингвистических исследований РАН. В печати.
  • Чуглов В.И. Категории залога и времени у русских причастий // Вопросы языкознания, 3. 1990.
  • Fowler G. Oblique passivization in Russian. The Slavic and East European Journal, 40(3). 1996. P. 519–545.

[1] Иногда конструкции с подобными причастиями соотносят напрямую с активными конструкциями типа В Дагестане строят табачную фабрику, Пригожин изучал (некий / этот) химический процесс; при таком подходе причастия типа строящийся,изучавшийся признаются страдательными. Такова, например, трактовка А. В. Исаченко, который рассматривает причастия типа образующийся как одну из форм страдательного причастия настоящего времени, наряду с формами типа образуемый [Исаченко 1965/2003: 547]. Поскольку, как показано у того же А. В. Исаченко [там же: 547–553], распределение рассматриваемых пар форм, с одной стороны, не может быть описано в терминах свободной вариативности, а с другой стороны, не укладывается и в рамки отношений дополнительной дистрибуции, признание их двумя различными реализациями одной грамматической формы глагола кажется нелогичным. Помимо этого, такое решение представляется и неэкономным: то, что постфикс —ся сам по себе способен маркировать пассивизацию, не вызывает сомнения, в этом смысле нет оснований усматривать в образованиях типа образующийся, строящийся особый «тип причастий».

Логичнее отталкиваться от явственного параллелизма в парах типа строить – строящий, строиться – строящийся и единообразно описывать то воздействие, которое оказывает на морфосинтаксические свойства формы присоединение собственно суффикса причастия. Следовательно, необходимо признать, что суффикс -ущ(-ющ) / -ащ(-ящ), не маркирует залогового изменения, а тогда нет и оснований считать сами причастия типа строящийся страдательными.

[2] О некоторых сложных случаях, когда приходится признать, что образование причастий сопровождается удалением возвратного постфикса -ся, см. п.6.1.2. Залог и возвратность.

[3] Видимо именно из-за сложности взаимодействия процесса образования причастий и залоговых преобразований (то есть из-за неполноты параллелизма между причастиями и финитными формами в этом отношении) некоторые авторы уходят от однозначной категориальной трактовки причастий, предпочитая опираться на формальные (относящиеся к уровню морфемики) противопоставления. Так, во многих работах Ю. П. Князева (см., например, [Князев 1989]) систематически употребляется термин «причастия на —н, —т», содержательно идентичный понятию страдательного причастия прошедшего времени в принятом здесь смысле.

[4] Здесь, в соответствии с традицией и с внутренней формой термина, адъективация обозначается как динамический процесс «перехода» единицы из одного класса в другой, однако это не обязательно предполагает моделирование реального диахронического процесса.

[5] Многих исследователи идут не по пути признания градуальности противопоставления причастий и прилагательных, а по пути выделения нескольких дискретных точек, образующих упорядоченную иерархию. Так, например, в справочнике, составленном И. К. Сазоновой, выделяются а) собственно причастия, сопровождаемые лишь категориальными пометами (например, страд. наст. – страдательное причастие настоящего времени); б) «стативные лексические значения причастных форм», относительно которых говорится, что они «не выходят за рамки глагольной семантической зоны, не переходят в прилагательные», при этом «толкуются через глаголы, так как обозначают состояние лица или предмета, связанное с действием» (ср., например, расположенный в значении «испытывающий чувство симпатии, хорошо относящийся кому-либо»); в) «причастия в значении прилагательных (адъективные значения причастий)», то есть такие причастия, которые, сохраняя свой категориальный статус, обозначают «действие или состояние как признак, свойство в их отвлечении от временнóй приуроченности» (ср. блуждающая улыбка); г) наконец, отдельно подаются отглагольные прилагательные, в том числе омонимичные причастиям, ср. испуганный взгляд [Сазонова 1989: 10–11].

[6] Проблеме противопоставления причастий и прилагательных уделяется большое внимание в прескриптивной литературе, так как существует два орфографических правила, ориентированных на противопоставление причастий и прилагательных (в том числе отглагольных): правописание одной или двух н в суффиксах кратких и полных форм и слитное / раздельное написание частицы не. В качестве критериев принятия орфографического решения, помимо основного смыслового критерия (называние действия или состояния для причастий и называние свойства для прилагательных), а также некоторых критериев, перечисленных здесь, приводятся также: наличие приставки (способствует сохранению связи с глаголом, то есть препятствует адъективации) или суффикса -ова/ -ева, ср. выдержанное вино, иллюстрированный журнал – в этих случаях спорные лексемы подчиняются правилу написания причастий (см. подробнее, например, [Соловьев 1997: 683‑687]). Названные дополнительные признаки имеют значимость для орфографии, но не для собственно лингвистической трактовки этих образований.

[7] См. также [Князев 2007: 105].

[8] Показательна в этом смысле история слова трудящий в том виде, в котором она отражена в текстах Корпуса. Это слово фиксируется в текстах начиная с 1870 года (Лесков. На ножах), но до 20-х годов XX века используется исключительно в прямой речи персонажей. В послереволюционные годы частотность этой формы возрастает и появляются отдельные неимитационные контексты, в частности, публицистические. Однако после 50-х частотность снова падает. Таким образом, этой форме так и не удается проникнуть в литературный русский язык.

[9] Поскольку краткие формы причастий входят в состав аналитических форм пассива, возникает известная терминологическая сложность, типичная для анализа аналитических форм: приходится признать, что одна (синтетическая) форма глагола (краткая форма причастия) входит в состав другой (аналитической) формы того же глагола. Когда говорится о словоизменении причастий, в это понятие включается образование самих кратких форм, но не образование аналитических форм пассива. При этом в случае, когда в соответствующей структуре отсутствует эксплицитная форма глагола быть (этот дом построен в восемнадцатом веке) приходится считать, что словоизменительная форма причастия материально, но не концептуально, совпадает с аналитической финитной формой пассива того глагола, от которого образовано причастие.

[10] На семантической карте, предложенной в [van der Auwera, Malchukov 2005], депиктивные и комплементативные употребления удалены от двух полюсов иерархии на одинаковое расстояние, обозначение их здесь при помощи номеров 3) и 4) условно.

[11] Для удобства воспроизводится в сокращенном виде: «причастиями называют такие нефинитные морфологические формы глаголов, которые способны выступать в предложении в качестве модификаторов имени существительного».

[12] В традиционном русском синтаксисе этим терминам соответствует противопоставление выделительных (ограничительных) vs. распространительных атрибутов.

[13] Нерестриктивные причастные обороты, располагающиеся дистантно относительно имени или местоимения, с которым они соотносятся по смыслу, часто оказываются неотличимы от депиктивных употреблений причастий, рассматриваемых в п.6.3.2.

[14] Как видно по этому примеру, в составе депиктивов могут фиксироваться причастия прошедшего времени. Может показаться, что такая возможность противоречит тому компоненту определения депиктивов, согласно которому они описывают ситуацию, которая имеет место в момент осуществления действия, выраженного опорным глаголом. Однако в действительности противоречия нет, так в таких случаях причастия прошедшего времени употребляются в стативном значении (см. раздел Страдательные причастия прошедшего времени / п.3. Семантика страдательных причастий прошедшего времени). Так, в последнем примере ситуация «поливания» толмы соком предшествует ситуации ее подачи к столу, что и предопределяет использование причастия прошедшего времени. Однако причастие в данном случае отсылает не к событию поливания, а к состоянию «быть политым», которое имеет место в момент подачи толмы.

[15] Таким образом, и набор возможных стратегий, и динамика конкуренции между ними для комплементативов в целом совпадают с тем, что обсуждалось для депиктивных употреблений причастий (см. п.6.3.2).

[16] Именно местоимения использовались в запросе для того, чтобы исключить попадание обычных согласованных определений, входящих в состав именных групп.

[17] В ряде русских диалектов в функции перфекта употребляются конструкции типа он уехавши, однако в литературном языке они не представлены.

[18] Это ограничение в действительности знает исключение, ср. обсуждение примеров типа Труд был тяжелый, отнимающий много времени (Яндекс). в [Холодилова в печати].

[19] Способностью образовывать краткие формы могут обладать и сложные прилагательные, включающие причастия в качестве своего второго компонента, см. об этом (на примере формы глубоковолнующи) в [Chvany 1996: 49].

[20] В качестве маргинального образования от этих глаголов можно также упомянуть действительные причастия прошедшего времени, входящие в парадигму страдательного залога, маркированного показателем —ся, то есть формы типа нарисовавшийся, прочитавшийся, написавшийся. Эти формы еще более маргинальны, чем соответствующие причастия настоящего и прошедшего времени от глаголов НСВ. Эта маргинальность логично следует из редкости и спорной приемлемости самого возвратного пассива глаголов СВ, то есть таких конструкций, как, например, книга прочитается с большим интересом и специалистом-микробиологом, и юношей, не видавшим еще ни одной научной книги (о спорном статусе последнего см., в частности, [Перцов 2006], [Зельдович 2022], там же обсуждается и приведенный пример). Тем не менее, соответствующие причастные образования изредка фиксируются в текстах. Как отмечает М. А. Холодилова, при таких образованиях нередко фиксируются модификаторы типа внезапно, сам (сама, само, сами) собой, вероятно потому, что эти модификаторы плохо сочетаются с нормативными страдательными причастиями прошедшего времени соответствующих глаголов, ср. один кусочек, написавшийся сам собой в метро (пример из Яндекса, приводимый М. А Холодиловой) и еще более сомнительное один кусочек, написанный сам собой в метро [Холодилова 2022: 77].

[21] Не считая глагола быть.

/br/>

1.3. Наклонение

Согласно общепринятой трактовке, причастия стоят вне категории наклонения. Такая ситуация закономерна: действительно, при помощи граммем наклонения обычно выражаются значения зоны модальности, то есть отношения предикации к действительности.

Поскольку причастия сами по себе лишены признака предикативности, для них затрудненная сочетаемость со значениями категории наклонения вполне ожидаема (эти ожидания подкрепляются и типологическими параллелями: во многих языках категория наклонения характеризует только финитные формы).

Вполне в соответствии с этим общим принципом ни граммемы повелительного наклонения, ни семантика повелительности с образованием причастий в русском языке не сочетаются.

Сложность для представленной трактовки представляют, однако, маргинальные, но все же иногда встречающиеся сочетания причастий с частицей бы, являющейся в нормальном случае показателем сослагательного наклонения: в Корпусе представлено около 100 таких примеров.

(30) Одновременно делается все возможное для выявления сведений, способствовавших бы установлению и задержанию лиц, причастных к работе передатчика. [В. Богомолов. Момент истины (1973)]

Следующий пример одновременно показывает и то, что такие формы воспринимаются частью носителей как ненормативные, и то, что они все же могут употребляться:

(31) Но, прочтя его статью, посвящённую пейзажисту А. А. Киселеву, помнится, осмелился высказаться против имеющегося в этой статье оборота: «Имена, сделавшие бы честь любому европейскому профессору». Русские причастия, настаивал я, не допускают сослагательных форм.

В принципе такие сочетания можно не считать особыми аналитическими формами причастий сослагательного наклонения. Действительно, частица бы способна выражать значения косвенных модальностей (гипотетических, контрфактических и особенно желательных) и вне глагольных форм сослагательного наклонения (см. об этом, например, [Добрушина 2009: 297 и далее], а также Сослагательное наклонение / п.4. Несобственно сослагательное наклонение):

(32) Уж кавторанг и рад бы, да нет сил. [А. Солженицын. Один день Ивана Денисовича (1961)]

(33) Отдохнуть бы тебе, как следует, полечиться бы, может, и пожил бы еще, поработал… [И. И. Катаев. Сердце (1928)]

(34) Ей бы замуж, хоть за кого, а она в тир… [Г. Щербакова. Ах, Маня… (2002)]

Однако существенно то, что среди причастий, сочетающихся с бы, абсолютное большинство составляют действительные причастия прошедшего времени; тем самым такие аналитические причастные образования оказываются параллельны финитным формам сослагательного наклонения (представляющим собой с формальной точки зрения сочетание частицы бы с формой прошедшего времени глагола). Это заставляет предположить, что подобные сочетания в какой-то степени втягиваются в систему форм русского глагола.

Сочетания действительных причастий прошедшего времени с частицей бы отмечаются в литературе; обычно говорится, что они имеют маргинальный характер и что поэтому их не следует включать в систему причастий русского языка, ср. «встречаются лишь у немногих писателей и не являются нормой литературного языка» [Грамматика 1953: 510].

Обычно в обсуждаемых в таких случаях примерах ситуация, выраженная опорной формой, относится к зоне ирреалиса, а частица бы в составе причастного оборота лишь повторно (избыточно) выражает семантику ирреальности. Так, например, в следующем примере бы, видимо, может быть опущено в составе причастного оборота, так как на этот причастный оборот распространяется сфера действия маркера бы из главной клаузы:

(35) Но нашелся бы в таком случае человек, согласившийся бы пожертвовать своей жизнью ради бесконечного просмотра этой удивительной киноленты? [С. Алексиевич. Цинковые мальчики (1984-1994)]

Ср. конструируемое: Но нашелся бы в таком случае человек, согласившийся пожертвовать своей жизнью?

В примере (31) выше ирреальность в главной клаузе не маркирована, однако значение главного предложения таково, что речь идет о некоторой категории сведений, выявление которых намечено, но еще не осуществлено; при помощи причастного оборота эти сведения характеризуются через их роль в некоторой возможной в будущем ситуации.

(36) Одновременно делается все возможное для выявления сведений, способствующих установлению и задержанию лиц, причастных к работе передатчика.

То, что причастие без маркера бы может «нести в себе заряд сослагательности», хорошо видно по следующему примеру:

(37) И в эти страшные, нежно-голубые утра, цокая каблуком через пустыню города, я воображал человека, потерявшего рассудок оттого, что он начал бы явственно ощущать движение земного шара. [В. В. Набоков. Соглядатай (1930)]

Здесь опорная для причастия форма воображал задает контекст одного из «возможных миров», так что ситуация, описываемая причастием (потеря рассудка), относится к зоне ирреалиса. Тем не менее, используется обычная форма действительного причастия; примечательно, однако, то, само это причастие служит в качестве опорной формы для придаточного, в котором используется уже финитная форма, при этом форма сослагательного наклонения (начал бы).

Итак, в рассмотренных случаях частица бы в составе причастного оборота факультативна. Другими словами, следует признать, что обычные причастия, вне сочетания с частицей бы, в принципе могут отсылать к ситуациям, которые в независимой клаузе выражались бы при помощи форм сослагательного наклонения.

Именно к такой мысли приходит Л. П. Калакуцкая после анализа примеров типа Я прочту любую, лишь бы вышедшую из-под его пера книгу. Она отмечает, что такие конструкции заменимы на конструкции типа Я бы прочел любую вышедшую из-под его пера книгу и что «значение таких конструкций вполне покрывается значением обычного употребления глагольного наклонения» [Калакуцкая 1971: 11].

Однако иногда использование частицы бы в составе причастного оборота кажется грамматически обязательным. Это наблюдается тогда, когда некоторый участник ситуации, выраженной опорной формой, характеризуется при помощи причастного оборота через ту роль, которую он играл бы в некоторой другой ситуации, при этом эта другая ситуация оказывается воображаемой модификацией той ситуации, которая выражена опорной формой.

(38) Ворот белой рубашки перехвачен был темным шнурком: деталь, в других обстоятельствах показавшаяся бы элегантной, на пороге поселковой школы выглядела по меньшей мере странно ― как будто учитель совсем уж решил удавиться… [М. Дяченко, С. Дяченко. Магам можно все (2001)]

(39) Шаги Лены, днем погасшие бы в шуме улицы, как в ковре, раздавались сейчас беспощадными шлепками. [Т. Набатникова. День рождения кошки (2001)]

Еще про залог:  Как оформить задаток при сделке с недвижимостью

Особенно обращает на себя внимание использование в таких случаях обстоятельств, эксплицитно указывающих на различия между свойствами ситуации, выраженной опорной формой, и «воображаемой» ситуации: в других обстоятельствах в первом примере, днем во втором (условием осмысленности второго предложения является то, что ситуация Шаги Лены раздавались беспощадными шлепками имеет место не днем).

Интересно, что такие употребления полностью соответствуют трактовке причастий как одного из средств релятивизации, при которой, в частности, причастному обороту ставится в соответствие некоторая независимая клауза (см. п.2. Причастие как средство релятивизации).

(40) Днем шаги Лены погасли бы в шуме улицы.

Более того, для описываемых случаев действительное причастие прошедшего времени с частицей бы оказывается единственной сколько-нибудь приемлемой стратегией релятивизации при помощи причастия (конструируемые примеры с обычными, несослагательными примерами, разительно отличаются по семантике от зафиксированной конструкции: шаги, днем погасшие в шуме улицы …; шаги, днем гаснущие в шуме улицы…).

Итак, причастия в русском языке несовместимы ни со значением повелительности, ни с граммемами императива. В ряде случаев обычные причастия могут выражать ситуации, которые в независимой клаузе были бы выражены формами сослагательного наклонения (тем самым семантическое противопоставление изъявительного и сослагательного наклонений оказывается частично нейтрализовано в зоне причастий).

При этом фиксируются случаи употребления структур, которые можно трактовать как действительные причастия сослагательного наклонения (это сочетания обычных действительных причастий прошедшего времени и частицы бы). Более того, в ряде случаев эта конструкция оказывается единственной возможной причастной стратегией релятивизации (однако стоит помнить, что в соответствующих коммуникативных ситуациях могут быть использованы другие средства релятивизации; к тому же вполне можно себе представить, что в этих ситуациях Говорящие могут статистически избегать использования конструкций с релятивизацией).

Категория залога

КАТЕГОРИЯЗАЛОГА
ИРАЗРЯДЫПЕРЕХОДНЫХИНЕПЕРЕХОДНЫХГЛАГОЛОВОБЩАЯХАРАКТЕРИСТИКА

   § . Залог в русском языке является грамматической категорией, формируемой средствами морфологии и синтаксиса. Залог – это категория, образуемая противопоставлением таких рядов морфологических форм, значения которых отличаются друг от друга разным представлением одного и того же соотношения между семантическим субъектом, действием и семантическим объектом. Различия заключаются в разной направленности глагольного признака по отношению к его носителю, выраженному подлежащим. Это достигается специальными конструкциями актива и пассива: в конструкции актива (Объемстатьиопределяетавтор) глагольный признак представлен как исходящий от его носителя; в конструкции пассива (Объемстатьиопределяетсяавтором) – как направленный на него. Это различие определяется тем, что в активе в роли носителя глагольного признака выступает семантический субъект, а в пассиве – семантический объект. Тем самым одно и то же соотношение между субъектом, действием и объектом представлено в активной и пассивной конструкции по-разному: со стороны субъекта, осуществляющего действие, или со стороны объекта, подвергающегося действию или испытывающего действие (состояние).

   В конструкции актива (Художникпишетпортрет; Русскиевыигралисражение) семантический субъект, производящий действие (деятель) назван им. падежом, т. е. формой, специально предназначенной языком для обозначения семантического субъекта; семантический объект в них назван формой вин. п. или – при отрицании – род. п. (Художникненаписалпортрета), т. е. формой, специально предназначенной для обозначения объекта (о неопределенно-личных, обобщенно-личных и безличных конструкциях см. ниже).

   В конструкциях пассива (Портретпишется, написанхудожником; Сражениевыигрывается, выигранорусскими) значение субъекта (деятеля) выражено формой тв. п. (т. е. формой, осложненной значением орудийности). Ослабленность в этой форме значения субъекта, определяющаяся самой формой тв. п., приводит к тому, что в форме им. п. в конструкциях пассива возникает сложное (диффузное) значение объекта действия/субъекта состояния, вызываемого этим действием. Аналогично в конструкциях: Учениклюбитучителя (актив) и Учительлюбимучеником (пассив) – в первом случае в активной конструкции субъект выражен им. п. и является носителем глагольного признака; в конструкции же пассива субъект выражен тв. п., а носителем глагольного признака является объект: в словоформе учитель совмещаются объектное и субъектное значения.

   В конструкции пассива словоформа в тв. п. со знач. субъекта действия может отсутствовать: Сражениевыигрывается, выиграно; см. об этом § 1465.

   Конструкции актива и пассива являются синтаксическими средствами выражения отношения между субъектом, действием и объектом. Морфологическим средством здесь служит форма глагола; в конструкции актива выступает переходный глагол в спрягаемой форме; в конструкции пассива выступают формы краткого страдат. причастия (сражениевыиграно) или спрягаемые формы глагола с постфиксом —ся в страдательном значении (сражениевыигрывается). В конструкции актива глагол является глаголом действительного залога, в конструкции пассива – глаголом страдательного залога.

   Таким образом, категория залога организуется противопоставлением действительности и страдательности как таких грамматических значений, в которых заключено разное представление одного и того же соотношения между семантическим субъектом, действием и семантическим объектом. Это различие выражено одновременно и морфологически – формой глагола, и синтаксически – конструкциями актива и пассива.

   Залог как грамматическая категория охватывает все глаголы. Глаголов, стоящих вне залога, не существует. Таким образом, к сфере залога относятся и неопределенно-личные конструкции типа Статьюпишут, Квампришли, и обобщенно-личные предложения типа Позавидуешьтакимлюдям, Егонепроведешь. В этих случаях в одной и той же словоформе представлен и глагольный признак, и его носитель, выступающий как неопределенное или обобщенное лицо. В безличных конструкциях типа Светает носитель глагольного признака отсутствует. Конструкции обобщенно-личная, неопределенно-личная и безличная относятся к активу, а глаголы в них – к глаголам действительного залога.

   § . С категорией залога тесно связано деление глаголов на разряды переходных и непереходных. Переходные глаголы называют действие, которое направлено на объект, выраженный зависимым именем в форме вин. п. (при наличии в предложении отрицания такой вин. п. регулярно заменяется род. п.: читалкнигу – нечиталкниги). Большинство переходных глаголов обладает своими собственными грамматическими признаками: в их парадигму входит форма страдат. причастия. Непереходные глаголы называют действие, не предполагающее объекта, выраженного формой вин. п. Как правило, они не имеют в своей парадигме формы страдат. причастия. Страдательный залог непосредственно связан с переходностью: на нее опираются его морфологические средства (см. § 1455).

   С разделением глаголов на переходные и непереходные связано выделение возвратных глаголов. Возвратными называются непереходные глаголы с формально выраженной непереходностью: это глаголы с постфиксом —ся. В одних случаях они несут в себе значение страдательности – и тогда глагол с постфиксом —ся употребляется в конструкции пассива; в других случаях такого значения нет – и тогда возвратный глагол употребляется в активной конструкции (см. § 1468—1471).

ПЕРЕХОДНЫЕИНЕПЕРЕХОДНЫЕГЛАГОЛЫ

   § . Как сказано в § 1456, все переходные глаголы сильно управляют вин. падежом: колотьдрова, белитьпотолок, читатькнигу, любитьдетей. Большинство переходных глаголов образует форму страдат. причастия; о глаголах, не образующих такой формы, см. § 1583, 1588. Непереходные глаголы – это все глаголы, которые не управляют вин. (род.) падежом. В большинстве случаев это глаголы, действие которых замкнуто в сфере субъекта, не направлено на объект: белеетпарус; птицасидитнаветке. Эти глаголы не имеют формы страдат. причастия (об исключениях см. § 1583). Часть непереходных глаголов имеет формант непереходности – постфикс —ся: собираться, ссориться; другие непереходные глаголы этого форманта не имеют: белеть, бежать, стоять.

   Среди непереходных глаголов с постфиксом —ся выделяется группа глаголов, в которых постфикс —ся выражает только страдательное значение (см. § 1461). Таковы, например, глаголы: авансироваться, амнистироваться, ампутироваться, асфальтироваться, анализироваться, анонсироваться (спец.), бактеризоваться (спец.), бальзамироваться, бетонироваться, бинтоваться, бойкотироваться, бомбардироваться, брошюроваться, вальцеваться (спец.), вентилироваться.

   § . Существуют переходные глаголы, которые управляют именем в род. п. вне условий отрицания. Это, во-первых, некоторые глаголы, совмещающие значение достижения результата со знач. количественности: нарватьцветов, наделатьошибок, накупитькниг; во-вторых, глаголы, при которых может быть употреблен как род., так и вин. п.: ждатьписьмо и ждатьписьма; хотетьпряник и пряника; проситьмилостыню и милостыни.

   § . Переходные глаголы означают действие, направленное на объект; это может быть объект создаваемый (строитьдом), изменяемый (белитьпотолок, колотьдрова), уничтожаемый (жечьписьма, битьпосуду); воздействие на объект, не производящее в нем никаких изменений: читатькнигу, благодаритьотца, поздравлятьсестру, хвалитьученика, одобритьидею. Переходные глаголы называют также чувственные восприятия (видетькартину, слушатьмузыку, чувствоватьболь), отношение (любитьчеловека, ненавидетьврага). Объект при таких глаголах означает предмет, который воспринимается, к которому направлено отношение.

   Непереходные глаголы называют состояние – физическое (болеть, спать) и психическое (грустить, горевать, радоваться); движение (бежать, бегать, идти, ходить, плыть, ехать, лететь, мчаться); существование (жить, быть, существовать); положение в пространстве (стоять, сидеть, лежать); выявление и становление признака (белеть, краснеть, расти, таять, сохнуть); профессиональное или непрофессиональное занятие (слесарничать, учительствовать, кашеварить); выявление свойств или способностей (лентяйничать); умение (говоритьпо—французски).

   Связь переходности и непереходности с лексическим значением глагола выражается и в том, что многозначные глаголы в одних значениях могут быть переходными, в других – непереходными. Так, гл. читать является переходным и управляет вин. п. в знач. (воспринимать написанное): читатькнигу, письмо; этот же глагол является непереходным в знач. (уметь воспринимать написанное) (Малышужечитает), (заниматься чтением) (Малышсидитичитает). В последнем случае внимание сосредоточивается на самом процессе, который абстрагируется от объекта; это так называемое абсолютивное употребление глагола. Переходные префиксальные глаголы сов. вида редко употребляются абсолютивно; обычно при них назван объект.

   Об отношении переходности/непереходности к словообразовательным типам глаголов см. раздел «Словообразование глаголов».

ЗАЛОГ

   § . Как сказано в § 1455, собственно залоговым отношением является выражаемое противопоставлением активных и пассивных конструкций отношение между субъектом, действием и объектом.

   Залоговое противопоставление, в котором страдательный залог выражен формой краткого страдат. причастия прош. вр. (Портретнаписанхудожником – Художникнаписалпортрет), характерно преимущественно для переходных глаголов сов. ви-
да и является у них регулярным. Значение состояния, вызванного действием (см. § 1467), ярче всего обнаруживается именно в конструкциях с глаголами сов. вида в форме краткого страдат. причастия: Почтиполовинадомовбылапокинутасвоимихозяевами (Чех.); Кузьманебылвамидопрошен (Чех.); НиколайИвановичбылокруженпривыходеизсудатолпоюженщин (А. Н. Толст.); Каквсепросто, когдаужесделанодругими (Нагиб.).

   У глаголов несов. вида выражение страдат. залога формой краткого страдат. причастия прош. вр. (писан, читан, зван) встречается редко (см. § 1588): Закрасневшисьизвинилась, Что—девгостикнимзашла, хотьзванаинебыла (Пушк.); ДругиечастибыличитаныСергеемИвановичем (Л. Толст.); Онбылбитими (Л. Толст.); Домстроенбылтемжеитальянцем (Бунин); Портретпоэтичениписаннестариком (М. Нестеров).

   У глаголов несов. вида страдат. залог выражается также кратким страдат. причастием наст. вр.: ЛевинскиймирбылзаглушаемнаплывомЩербацкогоэлемента (Л. Толст.); Николайбылуважаем, нонелюбимвобществе (Л. Толст.); Аявотбылненавидим, ненавидимхорошенькойдевушкой (Чех.); Марининовлияниенаменя, маленькую, былоогромно, ничеминикемнеперебиваемо (А. Эф-
рон); Онбылтревожимнеудовлетвореннымжеланиемчто—товидоизменять (Фед.); Какверныйученик, ябылласкаемвсеми (Брюс.); Всеэто… быловлюбленовПушкинаилюбимо, дразнимо, мучимоивоспетоим (Ахмад.). Однако и такие формы, всегда имеющие стилистическую окраску книжности, не образуются регулярно. (см. § 1583).

   Таким образом, у глаголов несов. вида залоговое противопоставление, в котором страд. залог выражен формой краткого страдат. причастия, не является регулярным, оно ограничено возможностями образования страдат. причастия у глаголов несов. вида, малой употребительностью этих форм, а также стилистически. О залоговом значении полных причастий см. § 1578.

   § . У глаголов несов. вида есть другой способ выражения залогового противопоставления: это – употребление в пассивной конструкции таких возвратных глаголов, в которые постфикс —ся вносит страдательное значение. В таких случаях активной конструкции, где переходный глагол является глаголом действит. залога (Онипостигаютдоброизло) противостоит пассивная конструкция с возвратным глаголом (Доброизлопостигаетсяими. Фед.). В это противопоставление (оппозицию) вступают два разных глагола: переходный (постигать) и возвратный (постигаться); Цельэтадостигаласьдействияминароднойвойны (Л. Толст.); Вселучшеевмире – былокееуслугамиполучалосьеюсовершеннодаром (Чех.); УбранствоипорядокдомавелисьТатьяноюСеменовнойпо—старинному (Л. Толст.); Садотдавалсясвесныхозяйкойвнаймы (Дост.); Оттого, чтолуназагораживаласьею [кувшинкой], дрожалоилучилосьвокругнеесказочноесияние (Солоух.). Во всех таких случаях залоговое значение может быть выражено страдат. причастием наст. вр. (при условии, если такое причастие может быть образовано).

   В конструкциях пассива глаголы с постфиксом —ся употребляются преимущественно в формах 3 л. ед. и мн. ч. Другие формы здесь редки: Потомягде—то… приглашаюсьужепрямоМухиным (Н. Пирогов); Я, брат, вообщеупотребляюсьиногдапоинымделам (Дост.).

   Примечание. Постфикс —ся в страдат. значении иногда имеют и глаголы сов. вида: Известиеосудьбеэтойженщинывышлетсямнесюда (Л. Толст.); Скороизэтогосамоварадольютсякрутымкипяткомстаканы (Катаев); Здесьпалецнепорежетсяножом (Ахмад.). Такое употребление редко.

   § . Выражение залогового противопоставления во многом зависит от вида глагола: глаголы сов. вида выражают страдат. залог преимущественно формой краткого страдат. причастия; глаголы несов. вида выражают страдат. залог преимущественно возвратным глаголом с постфиксом —ся в страдат. значении. Возвратный глагол несов. вида со страдат. значением никогда не выражает состояния, вызванного предшествующим действием; сравним: Вагоны, столбы, люди, все, чтобыловидно – былозанесеносоднойстороныснегомизаносилосьвсебольшеибольше (Л. Толст.).

   § . Грамматическая категория залога является категорией смешанного типа: у глаголов сов. вида и у некоторых глаголов несов. вида (см. § 1460) при соотношении спрягаемых форм действит. залога и кратких страдат. причастий залоговое противопоставление выражено разными формами одного глагола (Студентыпостроиликлуб – Клубпостроенстудентами; Еголюбятдрузья – Онлюбимдрузьями); у других глаголов несов. вида залоговое противопоставление выражено разными глаголами; переходными глаголами действит. залога и возвратными глаголами в страдат. значении (которое может быть выявлено только в конструкции пассива: Профессорчитаетлекцию – Лекциячитаетсяпрофессором). Такое вовлечение в сферу грамматической категории отношений между разными словами делает категорию залога категорией отчасти словоизменительного, отчасти несловоизменительного типа (см. § 1115).

   § . К глаголам действит. залога относятся следующие: 1) переходные глаголы сов. и несов. вида в спрягаемой форме, вступающие в залоговое противопоставление; 2) переходные глаголы сов. и несов. вида, не вступающие в залоговое противопоставление; 3) все непереходные глаголы сов. и несов. вида с формально не выраженной непереходностью (см. § 1457), например закричать, пойти, жить, существовать, сидеть; к таким глаголам относятся также переходные глаголы в непереходных значениях, например читать в предложении: Мальчиклюбитчитать; писать в предложении: Славнопишет, переводит (см. § 1459); 4) непереходные глаголы с формально выраженной непереходностью, т. е. возвратные глаголы с постфиксом —ся нестрадательного значения в активных оборотах (Детикупаютсявреке, Новоселыстроятсялетом); 5) безличные глаголы (см. § 1524). Все глаголы, которые не вступают в залоговое противопоставление (группы 2-5), являются несоотносительными глаголами действит. залога. Эти глаголы не могут формировать пассивной конструкции.

   § . Конструкция страдат. залога (пассив) может быть трехчленной или двучленной: субъект действия в ней может быть выражен (Полымоютсяуборщицейразвнеделю) или не выражен (Полымоютсяразвнеделю). В трехчленной конструкции субъект действия назван специальной формой – творительным падежом со знач. действующего субъекта. Обычно это одушевл. существительные: Людиубитыэтимисамыминевиноватымивэтихсмертяхлюдьми (Л. Толст.); Почтиполовинадомовбылапокинутасвоимихозяевами (Чех.); Рольиграетсятобойвеликолепно (Чех.); ОтчетливодифференцируетсяШолоховымпонятиенарода (журн.). Однако субъект действия может быть выражен также неодушевл. существительным с конкретным или отвлеченным значением: Слезысииотчастивозбуждаемыбылипуншем (Пушк.); Совестьпрекраснозаглушаетсярассуждениями (Чех.); Этоотчаститребовалосьобщественныммнением (Л. Толст.); Селогустозатенялосьсадами (Фед.); Этожеланиепродиктованосоображениямиконкурентнойборьбы (газ.). Конструкции с тв. п. со знач. действующего субъекта имеют книжный характер.

   § . В употреблении чаще бывают представлены двучленные страдательные конструкции, т. е. конструкции, не включающие в себя формы со знач. субъекта действия: Скоросказкасказывается, данескороделоделается (присказка); Допросыпроизводилисьужевтороймесяц (Фед.); Отрядынелегальноперебрасывалисьчерезграницу (газ.). Отсутствие тв. п. со знач. действующего субъекта в конструкции пассива может в некоторой степени приглушать значение страдательности. Степень определенности страдат. значения при этом во многом зависит от способов его выражения. Так, в конструкциях с кратким страдат. причастием наст. вр. глагола несов. вида значение пассива остается очевидным и при неназванном субъекте действия: Онлюбитилюбим (Фед.); Ванябылдопускаемвдетскую (Цвет.); Святостьучительскогоделавсегдабылачтимавысоко (газ.); Моипримерымогутидолжныбытькритикуемы (Л. В. Щерба). В конструкциях с возвратным глаголом несов. вида при отсутствии субъекта действия значение страдательности ослаблено. Это значит, что глагол с постфиксом —ся может быть истолкован двояко – и как глагол страдат., и как глагол действит. залога: Ишь, каквстарину—толюдихоронились, – сказалмнекакой—тостарик (Бунин); Ножглиськострыиобжигалогонь (О. Шестинский); Больноесамолюбиераздражалосьизоднявдень (Панова).

   В случаях, когда возвратный глагол имеет только страдат. значение (см. § 1457), это значение выявляется достаточно определенно в любом контексте.

   § . В глаголах сов. вида в форме краткого страдат. причастия прош. вр. при отсутствии тв. п. со знач. действующего субъекта значение состояния преобладает над значением действия. В конструкциях Клубпостроенстудентамивкороткийсрок; Магазинбылоткрытпродавцомв10часов причастие несет значение действия, пассивно воспринятого объектом; в конструкциях Клубпостроен, Магазиноткрыт в причастии преобладает значение состояния. Аналогично: Делоужеслажено (Триф.); Вбригадахоткрытодесятьторговыхточек (газ.).

   Пассивные конструкции со страдат. глаголами несов. вида часто соотносятся с активными конструкциями с неопределенно-личным значением: Порадиопередаютсяпоследниеизвестия – Порадиопередаютпоследниеизвестия; Улицыасфальтируютсялетом – Улицыасфальтируютлетом.

ВОЗВРАТНЫЕГЛАГОЛЫДЕЙСТВИТЕЛЬНОГОЗАЛОГА

   § . Как сказано в § 1455, категорией залога охватываются все глаголы русского языка, следовательно, и те возвратные глаголы, у которых постфикс —ся не формирует страдат. значения. Такие глаголы представляют собой различные словообразовательные типы непереходных глаголов действит. залога. Возвратные глаголы, таким образом, образуют разные лексико-грамматические разряды (см. § 1119). Тв. п. при таких глаголах никогда не имеет значения действующего субъекта.

   Конструкция с возвратным глаголом действит. залога имеет свои синтаксические характеристики: она может быть распространена деепричастным оборотом; деепричастие выражает здесь действие, происходящее одновременно с действием сказуемого (Новоселы, торопясьуспетьдозимы, строятсялетом); сказуемое-глагол действит. залога может определяться местоимением сам, относящимся одновременно и к подлежащему (Ниткисамитакирвутся).

   В зависимости от того, какой глагол является мотивирующим, выделяются две разновидности возвратных глаголов действит. залога: глаголы, мотивированные глаголами переходными и непереходными.

   § . Возвратные глаголы, мотивированные переходными глаголами, распределяются по нескольким лексико-грамматическим разрядам.

   1) В глаголах собственно-возвратного значения субъект и объект действия совпадают: субъект, выраженный подлежащим (обычно это сущ. одушевл.), направляет действие на самого себя. Это – глаголы со знач. физического действия: мыться, умываться, одеваться, раздеваться, обуваться, разуваться, причесываться, бриться, белиться, румяниться, кутаться, гримироваться; Невышел, невыбежал, авыбросилсявон (Фед.). Для ряда таких глаголов характерна семантическая близость с сочетаниями переходного глагола с вин. п. местоимения себя: мытьсебя, одеватьсебя; Половинаихвтечениедесятилетгибла, ктовешаясебя, ктосжигаясь (Л. Толст.). Сюда же относится ряд глаголов со значением состояния: сдерживаться, настраиваться, возбуждаться, унижаться (сравним: сдерживатьсебя, настраиватьсебя, возбуждатьсебя, унижатьсебя).

Еще про залог:  Статья 606 ГК РФ. Договор аренды (действующая редакция)

   2) Глаголы взаимно-возвратного значения выражают взаимное (совместное, направленное друг на друга) действие нескольких субъектов: целоваться, обниматься (целовать, обниматьдругдруга), встречаться, видеться, знаться (разг.), мириться, ссориться, шептаться.

   3) Глаголы косвенно-возвратного значения называют действие, совершаемое субъектом в своих интересах; это значит, что субъект совершает действие для себя самого, но ни в самом глаголе, ни в его синтаксических связях это значение специально не выражается. Таковы глаголы прибираться, укладываться, строиться, построиться, запасаться, устраиваться; Этобырасстроилонашипланы, амыуложились (Л. Толст.); Мывсеещестоимнадорогеипочиняемся (Чех.); Хорьобстроился, накопилденьжонку (Тург.); Мыунеголошадьмираздобудемся (Тург.); Помаленькудапотихоньку – глядишьиобставился (С.-Щ.). Значение таких глаголов может быть истолковано конструкциями, содержащими местоимения себе, длясебя: раздобыться (разг.) – раздобытьдлясебя; обставиться, прибраться – обставить, прибратьсвой (длясебя) дом; починиться (разг.) – починитьчто—н. свое (себе); уложиться (разг.) – уложитьсвоивещи.

   4) Глаголы активно-безобъектного значения при потенциально-качественном употреблении глаголов несов. вида (см. § 1447) называют (как правило, в формах наст. вр.) действие как постоянное и характерное свойство субъекта, его отличительную черту: крапиважжется, коровабодается, собакакусается, кошкицарапаются.

   5) Глаголы характеризующе-качественного значения называют (при тех же условиях, что и в п. 4) действие как характерную для субъекта склонность или способность подвергаться какому-либо воздействию: ниткиплохие, рвутся; машинахорошозаводится; фарфорлегкобьется; кофеплохорастворяется. Подлежащим при таких глаголах выражается субъект – носитель свойства, характерного признака.

   6) Глаголы общевозвратного значения называют действие, замкнутое в сфере субъекта как его состояние: сердиться, тревожиться, удивляться, радоваться, томиться, пугаться, беспокоиться, веселиться, печалиться, конфузиться; МарьяКирилловнавеселиласькакдитя (Пушк.); ВпервоевремяпечалиласьСаша (Некр.); Небеспокойся, пожалуйста, ниомоейболезни, ниосвоемпроигрыше (Л. Толст.).

   7) Побочно-возвратные глаголы называют действие как соприкосновение с объектом, причем объект своим наличием как бы стимулирует, порождает само это действие, делает его возможным: держатьсязаперила, взятьсязаручкудвери, цеплятьсязаруку, стукнуться, удариться, ушибитьсяобугол, теретьсяозабор.

   § . Возвратные глаголы, мотивированные непереходными глаголами, не организуются в более или менее четкие лексико-грамматические разряды. Сочетанием непереходного глагола с постфиксом —ся очень часто образуется глагол, который лексически близок к глаголу без постфикса —ся: грозить и грозиться, стучать и стучаться, звонить и звониться; в некоторых контекстах в подобных глаголах с постфиксом —ся выявляется оттенок интенсивности или настойчивости в осуществлении действия: Ясталстучатьсявдверь. Вышелхозяин (Пушк.); Мызвонилисьдолго, нонапрасно (Верес.). В других случаях постфикс —ся, присоединяясь к непереходным глаголам со знач. (видеться в каком-либо цвете), может привносить в значение глагола оттенок неопределенности, слабости выявления признака; сравним: белеть и белеться, краснеть и краснеться, чернеть и чернеться; Онничегоневидел: тосерелось, токакбудточернелосьчто—то (Л. Толст.); Толькосветлуныбелеетсядлиннойчертойпополу (Тург.); Воврагекраснелсядогоравшийогонь (Л. Толст.). Постфикс —ся может переводить непереходный глагол в класс безличных, называющих состояние, переживаемое субъектом помимо его воли: верится, плачется, думается (см. § 1524). В сочетании с различными префиксами постфикс —ся формирует разные словообразовательные типы глаголов; они описаны в § 936—959.

   § . Некоторые возвратные глаголы не соотносительны с глаголами без постфикса —ся; например: бояться, улыбаться, удаться, смеяться, нравиться, надеяться, гордиться, лениться, стараться, сомневаться, понадобиться, безл.: смеркается, нездоровится, а также возвратные глаголы несов. вида со знач. изменения положения в пространстве: ложиться, садиться, становиться.

КАТЕГОРИЯНАКЛОНЕНИЯОБЩАЯХАРАКТЕРИСТИКА

   § . Морфологическая категория наклонения глагола – это система противопоставленных друг другу рядов форм, выражающих отношение действия к действительности и имеющих значения реальности (изъявительное наклонение), побуждения (повелительное наклонение) или предположительности, возможности (сослагательное наклонение). Изъявительное наклонение тесно связано с категорией времени: значение этого наклонения выявляется в формах наст., прош. и буд. вр. Повелительное и сослагательное наклонения не имеют форм времени.

   Морфологическая категория наклонения организуется противопоставлением следующих рядов форм: 1) форм изъявительного наклонения, в состав которых входят формы наст., прош. и буд. вр. у глаголов несов. вида (играю, играешь, играет, играем, играете, играют; играл, играла, играло, играли; буду, будешь, будет, будем, будете, будутиграть) и формы прош. и буд. вр. у глаголов сов. вида (сказал, сказала, сказало, сказали; скажу, скажешь, скажет, скажем, скажете, скажут); 2) форм повелительного наклонения (скажи, скажем(те), скажите) (о сочетаниях типа пустьскажет, пустьскажут см. § 1480); 3) форм сослагательного наклонения (сказалбы, сказалабы, сказалобы, сказалибы). Каждый из этих рядов форм характеризуется единством категориального значения и определенными средствами выражения. К этим средствам относятся: 1) аффиксы: флексии и постфикс —те – в формах повелит. накл.; 2) формообразующие частицы: бы – в формах сослагат. накл., давай(те) (в сочетании с инфинитивом) в формах совместного действия повелит. накл. (см. § 1479); 3) вся система временных форм – в изъявит. накл. Как видно, формы повелит. и сослагат. накл. характеризуются своими специальными показателями; формы изъявит. накл. специального показателя наклонения – аффикса или частицы – не имеют: роль морфологических показателей изъявит. накл. выполняют формы времени.

   Каждое из морфологических наклонений обладает своим категориальным значением. Значение изъявительного наклонения – представление действия как реального, такого, которое действительно происходит, происходило или будет происходить; значение повелительного наклонения – представление действия требуемого, такого, к которому говорящий кого-л. побуждает; значение сослагательного наклонения – представление действия как возможного, предполагаемого. Наклонения глагола по значениям реальности, побуждения и предположительности образуют два основных противопоставления. Это, во-первых, противопоставление изъявительного (так наз. «прямого») наклонения наклонениям повелительному и сослагательному («косвенным»); во-вторых, это противопоставление выражающего побуждение повелительного наклонения наклонениям изъявительному и сослагательному, которые в основных своих значениях волеизъявления не выражают.

ИЗЪЯВИТЕЛЬНОЕНАКЛОНЕНИЕ

   § . Как уже сказано в § 1472, категориальным значением изъявительного наклонения является значение реальности, т. е. представление действия как реально осуществляющегося в настоящем, прошедшем или будущем: Однообразный, глухойшумморя, доносившийсяснизу, говорилопокое, овечномсне, какойожидаетнас. Такшумеловнизу, когдаещетутнебылониЯлты, ниОреанды, теперьшумитибудетшуметьтакжеравнодушноиглухо, когданаснебудет (Чех.). В условиях контекста, в сочетаниях с частицами и другими характеризующими словами на значение реально осуществляющегося действия в формах изъявит. накл. могут наслаиваться оттенки объективно обусловленной возможности или невозможности и различные модальные характеристики (намерения, решимости, угрозы, готовности, нежелания). Эти оттенки выражаются в особых синтаксических условиях употребления форм времени, вида и лица или при сочетании с частицами, наречиями, модальными словами. Специфика изъявит. накл. состоит в том, что оно практически не налагает ограничений на возможности выражения различных модальных оттенков лексико-граммати-
ческими средствами и средствами контекста.

   Формы изъявит. накл. могут употребляться переносно – для выражения тех значений, которые свойственны повелит. и сослагат. наклонениям. Существенную роль при этом играют контекст и интонация, а также вся речевая ситуация. Употребление изъявит. накл. в ситуации побуждения характерно, во-первых, для форм 2 л. ед. и мн. ч. буд. вр.; во-вторых, для форм прош. вр. отдельных глаголов сов. вида.

   1) Употребление форм 2 л. буд. вр. в функции побуждения распространено в разговорной речи, широко отражается в художественной литературе при передаче диалога. Значение буд. вр. при этом не утрачивается, а сочетается со значением побуждения. При таком употреблении значение побуждения может подчеркиваться в контексте соседством с формами повелит. накл.: Тыотведешьее [собаку] кгенералуиспросишьтам, скажешь, чтоянашелиприслал… Искажи, чтобыееневыпускалинаулицу (Чех.); Позвонисейчасвоенкому. Вдивизиизаболелкомиссар, атыегозаменишь (Фед.); Сейчасэмкузаправьте, поедетевполевойгоспиталь, найдетеСафонова, из—подземлидостанетеиузнаете, чтосмайором (Симон.); Вернитесь, поедетеснами. Забирайтесь—кавмоисани (В. Ажаев).

   Примечание. В силу совпадения форм 1 л. мн. ч. буд. вр. глаголов сов. вида (например, скажем, пойдем) и форм повелит. накл. в знач. совместного действия (скажем – скажем(те), пойдем – пойдем(те) в ряде случаев нельзя с уверенностью говорить о переносном употреблении форм буд. вр. 1 л. мн. ч. Например, двоякое толкование могут получить следующие употребления: Комендантобошелсвоевойско, говорясолдатам: «Ну, детушки, постоимсегоднязаматушку—государынюидокажемвсемусвету, чтомылюдибравыеиприсяжные» (Пушк.); Да, убежим, убежимотэтихлюдей, отэтогосветавкакой—нибудьдалекий, прекрасный, свободныйкрай! (Тург.).

   2) Значение побуждения может быть выражено формами прош. вр. некоторых глаголов (начать, кончить, пойти, побежать, поехать, поплыть, полететь, взять, взяться), употребленных в роли главного члена бесподлежащного предложения со значением побудительности: Дружно, вместеначали!; Кончилиразговоры!; Пошли!; Поехали!; Полетели!; Поплылинатотберег!; Раз—два, взяли!; Ану, взялисьвсевместе!; «Молчи, хрыч! – отвечаляему, запинаясь; ты, верно, пьян, пошелспать… иуложименя» (Пушк.); Полковниквызывает. Пошли (Симон.); Петькакрепченатянулварежкиидружелюбносказал: – «Ну, поехали» (Гладк.). В таких случаях (в ситуации побуждения) категориальные значения изъявит. накл. и прош. вр. не утрачиваются: действие образно представлено так, как будто оно уже произошло.

   Формы пошел!, пошла! развили в себе значение междометия ((вон)): Пошелотсюда!; Пошлипрочь!; Ну—ну—ну! – кричалон, делаяугрожающийжестлоктемвгрудь. – Пошлаотсюда, избарскихкомнат, накухню! (Гонч.).

   § . В отдельных случаях, когда контекст указывает на возможность действия, формы прош. вр. изъявит. накл. могут быть употреблены в значении, близком к значению сослагат. накл.: возможное действие представляется как легко осуществимое, близкое к реальности: НеканатомонсЕрмилом—тосвязан, бросил, дапошел (А. Остр.); Ахтыкакой, Федя; ну, послалкогозаводкой – ивсятут (М.-Сиб.).

ПОВЕЛИТЕЛЬНОЕНАКЛОНЕНИЕ

   § . Категориальным значением повелительного наклонения является значение побуждения, т. е. представление действия как требуемого, к которому побуждает кого-л. говорящий: дай, уйди, ответь, приезжай; Товарищ, прислушайся, встань, улыбнись, Исвызовоммируповедай: – Загородсражаемсямынеодни, – Иэтоужепобеда (Берг.). Формы повелит. накл. – это личные формы ед. и мн. ч.: форма 2 л. ед. ч., выражающая побуждение к действию, обращенное к одному лицу, форма 2 л. мн. ч., выражающая побуждение, обращенное к нескольким лицам, и свойственные только повелит. накл. формы совместного действия, выражающие побуждение, обращенное к группе лиц, включающей говорящего. Формы 2 л. ед. ч. образуются от основы наст. вр. одним из двух способов: путем присоединения к основе наст. вр. 1) флексии —и или 2) нулевой флексии при чередовании согласных в конце основ по твердости – мягкости.

   Первый способ образования характеризует следующие группы глаголов. 1) Глаголы с основой наст. вр. не на |j| (т. е. глаголы не I, II и VIII кл.) и с ударением на флексии в форме 1 л. ед. ч. наст. вр.: смотрю – смотри, говорю – говори, кричу – кричи, пеку – пеки, пишу – пиши. 2) Глаголы с основой наст. вр. на |j| и инфинитивом на —ить (кл. X, 1), имеющие в 1 л. ед. ч. ударение на флексии: таить – таю – таи, поить – пою – пои; некоторые глаголы имеют вариантные просторечные формы 2 л. на |j|: напои и напой, подои и подой. 3) Глаголы разных классов с ударением в 1 л. ед. ч. наст. вр. на основе, при условии, если основа оканчивается на сочетание согласных: кончу – кончи, прыгну – прыгни, смолкну – смолкни; исключение составляют гл. крапать и сыпать, которые в форме 2 л. ед. ч. повелит. накл. оканчиваются на |п’|: крапь (употребляется редко), сыпь вместо ожидаемых *крапли, *сыпли (в соответствии с основой наст. вр. – крапл—ют, сыпл—ют). У некоторых глаголов с ударяемой основой и с корневой морфемой на |с3т| или на две согласных, первая из которых |р1|, возможны вариантные формы с —и (предпочтительно) и без —и: очисти и очисть, прочисти и прочисть, испорти и испорть, корчи и корчь, морщи и морщь. 4) Глаголы с префиксом вы-: вынеси, выкупи, выпиши, выскажи и под. В случае, если форма повелит. накл. бесприставочного глагола оканчивается на мягкую согласную (кинь, сунь, брось, ставь, правь), у мотивированных глаголов с приставкой вы— возможны вариантные формы повелит. накл.: выкини и выкинь, высуни и высунь, выброси и выбрось, выправи и выправь. Указанные в п. 3 и 4 формы повелит. накл., оканчивающиеся на мягкую согласную, типа испорть, прочисть, выкинь, высунь свойственны разг. речи.

   Второй способ образования представлен двумя разновидностями. 1) В том случае, если основа наст. вр. оканчивается на парно-твердую согласную, форма повелит. накл. оканчивается на парно-мягкую согласную (об исключениях см. ниже, п. 2): буд—ут – будь, встан—ут – встань, трон—ут – тронь. 2) В том случае, если основа наст. вр. оканчивается на парно-мягкую согласную, шипящую, |j| или |г|, в форме повелит. накл. чередования в конце основы отсутствуют: брос—ят – брось, мурлыч—ут – мурлычь, реж—ут – режь, услыш—ат – услышь, беле|j-у|т – белей, uгра|j-у|т – играй; ляг—ут – ляг. Глаголы бить, вить, лить, пить, шить (кл. I, 5), образующие формы повелит. накл. по второму способу, имеют в основе беглую гласную |е|: бей, вей, лей, пей, шей. По второму способу образуются формы 2 л. ед. ч. повелит. накл. от глаголов с основой наст. вр. на |j| и с ударением на окончании в 1 л. ед. ч. (как правило, глаголы с основой на |j|, образующие формы повелит. накл., имеют ударение на основе, см. выше: играю, белею): боюсь – бой—ся (а не *бои-сь), жую – жуй (а не *жуи), пою – пой (а не *пои), смеюсь – смейся (а не *смеи-сь). При образовании формы 2 л. повелительного накл. по второй разновидности эта форма совпадает с основой наст. вр.

   Примечание. Глаголы уведомить, лакомиться и —купорить (за-, от-) наряду с закономерными для них формами уведомь, лакомься, —купорь образуют также формы на —и:, уведоми, лакомись, —купори.

   § . Ряд глаголов образует формы повелит. накл. от основы, отличающейся от основы наст. вр. Сюда относятся: 1) глаголы кл. VIII с основой наст. вр. на |aj|: вставать – вста|j-y|т, давать – да|j-y|т, создавать, узнавать, у которых форма повелит. накл. имеет вид вставай, давай, создавай, узнавай (очевидно, под влиянием глаголов I кл. с суф. морфами —ива-, —ва-: разыгрывать – разыгрывай, подбадривать – подбадривай, напевать – напевай); 2) изолированные глаголы дать, создать, у которых форма повелит. накл. образуется от основы на |aj|, совпадающей с основой наст. вр. глаголов кл. VIII давать, создавать (давать – да-|j-y|, создавать – созда|j-y|): дай, создай; 3) изолированный глагол есть (основа наст. вр. е|д’|- – ед—ят) в повелит. накл. имеет основу еш-: ешь; 4) изолированный глагол ехать, у которого в качестве формы 2 л. ед. ч. выступает образование поезжай (другие формы от этой основы не образуются) и прост. езжай – от глагола —езжать (формы уезжай, отъезжай, приезжай, наезжай, съезжай, выезжай, заезжай – нормальны).

   § . Возможности образования форм 2 л. ед. ч. повелит. накл. реализуются не всегда: ему может препятствовать лексическое значение глагола. Так, неупотребительны формы повелит. накл. от глаголов, называющих нецеленаправленные действия и состояния: весить, выглядеть, значить, наличествовать, стоить, преобладать, поиздержаться, поизноситься, приустать, подзабыть. Избегается употребление форм повелит. накл. от глаголов болеть(испытывать боль), мочь, хотеть; последние отмечаются в разговорных и экспрессивных сочетаниях, преимущественно с отрицанием: Неболиты, душа (Никит.); хотиилинехоти, а…; идуматьнемоги (разг.).

   Примечание. Формы повелит. накл. префиксальных глаголов, мотивированных гл. хотеть и мочь, нормальны: захоти, смоги.

   Употреблению форм повелит. накл. может препятствовать несовместимость лексического значения глагола со значением побуждения, как правило, адресуемого лицу. Так, избегается употребление форм повелит. накл. от глаголов, называющих такие действия, которые исходят от неодушевл. предметов: близиться, бодрить, булькать, ветвиться, вместить, возобновиться, возникнуть, выветриться, втечь. В прямом значении побуждения не употребляются формы повелит. накл. от безличных глаголов: морозить, рассветать, знобить. Однако лексические ограничения могут сниматься для форм, конструирующих подчинительную связь в сложном предложении: Рассветайсегодняпораньше, ябывсталвовремя (Н. Дурново); Вероятно, лучшебылобы, доведисьмальчикуисполнитьсвоежелание (А. Шаров); Впрочем, нашеделомаленькое. Нашеделопрокукарекать, атамхотьинерассветай (В. Богомолов). О сочетании формы повелит. накл. с частицей давай типа давайгуляй, давайпробуй, давайиграй см. «Синтаксис. Простое предложение», § 1938.

   § . Формы 2 л. мн. ч. повелит. накл. образуются путем присоединения к формам ед. ч. постфикса —те: иди—те, режь—те, таи—те; в возвратных глаголах постфикс —те стоит перед аффиксом —ся (-сь): купайся – купайтесь, беспокойся – беспокойтесь. Встречающееся в ед. ч. двоякое образование форм (см. § 1475) мн. числу не свойственно: из двух форм ед. ч. с постфиксом —те соединяется только одна форма: высуни и высунь, но высуньте; высыпи и высыпь, но высыпьте; выстави и выставь, но выставьте; корчь и корчи, но корчите; прочисть и прочисти, но прочистите.

   § . Формы совместного действия – это формы мн. ч.; обозначаемое ими побуждение всегда относится к двум или более лицам: к собеседнику (либо собеседникам, группе лиц, включающих собеседника) и к самому говорящему. Значение повелит. накл. у этих форм выражается при помощи постфикса —те, присоединяемого: 1) у глаголов сов. вида и у глаголов однонаправленного движения – к форме 1 л. мн. ч. изъявит. накл.: пойдемте, поедемте, идемте, летимте, плывемте; Ребята! НеМосквальзанами? УмремтежподМосквой (Лерм.); А, впрочем, станемте—калучшечайпить (Тург.); 2) у глаголов несов. вида (кроме глаголов однонаправленного движения) – к частице давай, соединяющейся с инфинитивом этого глагола: давайтепеть, давайтеиграть; Давайте, – говорю, – ласковые, вжмуркипополянкебегать (Леск.). Частица давай(те) употребляется и при формах совместного действия глаголов сов. вида: давай(те) напишем; давай(те) сыграем; ЗоветменявзглядомикрикомсвоимИвымолвитьхочет: Давайулетим! (Пушк.). Из возможных дублетных образований типа покормимте – давайтепокормим, сыграемте – давайтесыграем более употребительны сочетания с частицей давай(те).

Еще про залог:  Скачать образец договора залога между физическими лицами

   В формах, образованных с помощью частицы давай, постфикс —те обычно присоединяется к этой частице, но в разг. речи возможно присоединение постфикса и к частице, и к форме глагола одновременно: давайтенапишем и давайтенапишемте; Давайте, знаете, | устроимтекарусель | надеревеизучениядобраизла! (Маяк.).

   В том случае, если в формах совместного действия отсутствует постфикс —те (при вежливом обращении обязательный), эти формы: 1) совпадают с формами буд. вр. простого (у глаголов сов. вида: поедем, простимся, сыграем) и наст. вр. (у глаголов несов. в. однонаправленного движения: едем, бежим, летим); 2) совпадают с формами буд. вр. сложного (у глаголов несов. вида: будемиграть, будемгулять); 3) образуются сочетанием частицы давай с инфинитивом глагола несов. вида, обозначая при этом совместное действие говорящего и собеседника: давайиграть. Формы совместного действия типа будемиграть употребляются редко; более употребительна аналитическая форма с частицей давай(те) и инфинитивом глагола несов. вида: давай(те) играть, давай(те) гулять.

   При совпадении форм совместного действия с формами 1 л. мн. ч. буд. вр. простого или буд. вр. сложного первые характеризуются как формы повелит. накл. на основании речевой ситуации и интонации, соотносящих эти формы с формами совместного действия типа поедемте, сыграемте, будемтеиграть: [Cаша:] (Львову) Воттеперьиподумайте: понимаетевысебяилинет? Тупые, бессердечныелюди! (БеретИвановазаруку). Пойдемотсюда, Николай! Отец, пойдем! (Чех.). Совпадением форм совместного действия гл. сов. и несов. вида типа пойдем, сыграем, будемиграть с формами буд. вр. этих глаголов объясняется употребление сочетаний с частицей давай(те), распространенное для глаголов сов. вида (давай(те) пойдем и давайтепойдемте) и грамматически возможное, но редкое, для глаголов несов. вида (давай(те) будемиграть и давайтебудемтеиграть).

   Примечание 1. В функции, близкой к функции частицы давай, при форме совместного действия может быть употреблена частица дай. Значение побуждения при этом имеет оттенок предоставления возможности со стороны того, кому адресована речь: ЗдесьвсумеркивконцезимыОнадая – Лишьдведуши. Останься, дайпосмотриммы, Какмесяцканетвкамыши (Блок); Какутебяхорошоисветло – Намзастеноютемно… Дайпошалим, постучимсявстекло, Дай—казабьемсявокно! (Блок). Такое употребление редко.

   Примечание 2. В разг. речи и просторечии совместное действие может выражаться сочетанием междометия айда (айдате, прост.) с инфинитивом: айдагулять! Это же междометие входит в сочетание с формами совместного действия, совпадающими с формами буд. вр.: айдапогуляем.

   § . Побуждение может быть отнесено к 3 л. ед. и мн. ч. В этих случаях оно выражается сочетанием частицы пусть или пускай, устар. да с формой 3 л. ед. или мн. ч изъявит. накл.: пустьпридет; пускайвеселятся; пустьостанутся; Даздравствуетсолнце, даскроетсятьма! (Пушк.); ДаведаютпотомкиправославныхЗемлироднойминувшуюсудьбу (Пушк.). Такие сочетания, абсолютно регулярные в своем образовании, обычно трактуются как аналитические формы 3 л. ед. и мн. ч. повелит. накл. глагола. Однако по своей природе они ближе к сочетаниям слов, так как, во-первых, частицы пусть, да соединяются и с формами 1 и 2 л. (Пустьярасскажу! Гоголь; Даправлюявославесвойнарод. Пушк.; Пустьмыбудемпервыми; Пустьвыпойдете); во-вторых, эти частицы во многих случаях распространяют свое значение на предложение в целом: Пустьстолстоитуокна! См. об этом «Синтаксис. Простое предложение», § 1938.

   § . Как уже сказано в § 1475, категориальное значение повелит. накл. – это значение побуждения. Основным носителем этого значения является форма 2 л. ед. и мн. ч., обозначающая побуждение, обращенное к одному лицу или к группе лиц: убери (со стола), подмети (комнату), напиши (письмо), передайте (ему мою просьбу). Формы 2 л. могут выражать побуждение, адресованное не лицу, а предмету; такое обращение характерно для поэтической речи. При этом предмет, к которому обращено побуждение, обычно персонифицирован и, как правило, называется: Шуми, шуми, послушноеветрило, Волнуйсяподомной, угрюмыйокеан (Пушк.); Хранименя, мойталисман (Пушк.); Догорай, гори, моялучина (народн. песня). Об употреблении подлежащего-личного местоимения при сказуемом – глаголе в форме повелит. накл. см. «Синтаксис. Простое предложение», § 2257.

   В зависимости от вида глагола волеизъявление может сопровождаться теми или иными экспрессивными оттенками. Формы повелит. накл. глаголов несов. вида обычно выражают более категорическое побуждение, чем формы глаголов сов. вида. Ср.: Сядь, Илька! Радибога, сядь! Ну, дасадисьже! (Чех.); Вывернитекарманы! Ну, живо! Чтоявамговорю? Выворачивайте! (Н. Остр.). С наибольшей отчетливостью экспрессивный характер побуждения в глаголах несов. вида выступает в тех случаях, когда из контекста очевидно, что исполнение действия должно произойти немедленно: Полноврать, – прервалястрого, – подавайсюдаденьги, илиятебявзашейпрогоню (Пушк.); Одевайся, пойдемкомне (Гонч.); Сейчасслезай, еслинехочешь, чтобытебястащиливгрязь (Тург.); [Студзинский:] Лариосик! Живонеситеподушкуиодеяло. Кладитенадиван. (ПереносятНиколкунадиван). Режьсапог! (Булг.).

   В тех случаях, когда при волеизъявлении не предполагается немедленное исполнение действия, а имеет место побуждение к действию постоянному, повторяющемуся, формы повелит. накл. несов. вида лишены экспрессивного оттенка: Молчи, скрывайсяитаиИчувстваимечтысвои (Тютч.); Любиж, покудалюбится, Встречай, покавстречается (Исак.); Живитихонько, спокойненько, аупрямо! Слушайвсех, аделай, кактебелучше (Горьк.).

   Различие в значениях форм повелит. накл. глаголов сов. и несов. вида не относится к области устойчивых и строгих правил. Характер побуждения определяется не только видовым значением глагола, но также лексическим значением слова и ситуацией. Например, такие приглашения к действию, названному глаголом несов. вида, как заходите, входите, садитесь, могут не иметь экспрессивных оттенков распоряжения или требования. Категорическое требование не выражается и при употреблении форм повелит. накл. глаголов несов. вида, когда предполагается продолжение уже начатого действия или специально акцентируется самый процесс осуществления действия: Рассказывайте, – напоминаюятихонько (Горьк.); Тольковыотвечайтемнесразу. Отвечайте, нераздумывая, апрямо, – какспрошу, такиответьте (А. Н. Толст.).

   С другой стороны, формы повелит. накл. глаголов сов. вида в определенных ситуациях могут выражать большую, чем формы несов. вида, категоричность побуждения; например: Придитевчетыречаса и Приходитевчетыречаса. Ср. нарастание категоричности побуждения в следующем тексте: – Садитесь… НоСимонпродолжалстоятьизаслонялБочкову. – Картинкин, сядьте. – НоКартинкинвсестоял. – Картинкин, сядьте. НоКартинкинвсестоялиселтолькотогда, когдаподбежавшийпристав… трагическимшепотомпроговорил: – Сидеть, сидеть! (Л. Толст.).

   Формы повелит. накл. некоторых глаголов сов. вида с отрицанием в силу своей экспрессивной окраски и лексического значения глагола часто употребляются как устойчивые формулы просьбы: непокинь(те), неоставь(те), незабудь(те), непогуби(те); извинения: необессудь(те); вежливого обращения, иногда иронического: неизволь(те) беспокоиться, неоткажи(те) влюбезности.

   О видовых различиях форм повелит. накл. при отрицании см. § 1450.

   § . В разговорной речи формы повелит. накл. глаголов сов. вида употребляются для «побуждения к запрещаемому» или «обратного побуждения», т. е. для выражения запрещения называемого действия: Поговоримнееще! (т. е. (замолчи)); Попадисьмнетолько! (т. е. (нe смей, опасайся попасться)); Фельдшервспылиликрикнул: – Поговоримнееще! Дубина! (Чех.); Застрелю! Коснисьэтойженщины! (А. Н. Толст.); Тыуменяпикнитолько (А. Остр.). Такое употребление связано с определенными синтаксическими конструкциями и словопорядком (см. «Синтаксис. Простое предложение», § 1942).

   § . Формы повелит. накл. некоторых глаголов имеют модальные значения, близкие к значениям междометий и частиц. Так, за отдельными лексическими значениями некоторых глаголов в формах повелит. накл. закрепились значения фамильярного и резкого побуждения к энергичному и немедленному действию. Таковы формы давай, дуй, валяй, жги, жарь, шпарь, чеши в знач. (действуй немедленно): Валяйтесюда! Сюда, ребята! (Чех.); [Мышлаевский:] Пожалуйста, надевайшинель! Валяй! Дуй! (Булг.); Объяви, чтобыбезобиняка… Шпарь, какдавеча! (Фед.).

   Формы повелит. накл. глаголов сказать (скажи, скажите) и смотреть (смотри, смотрите), глядеть, подумать в определенных синтаксических позициях утрачивают побудительное знач. и употребляются в функции модальных частиц, выражающих недоверие, сомнение, удивление: Подумайте, какаяважнаяшишка!; Глядите—ка, чегозахотела!; Вамневдомек? Скажите, какаяневинность! (Фед.); Скажинамилость, дажетемностало! (М. Бубеннов).

   § . В составе предложения значение формы повелит. накл. может конкретизироваться как требование, просьба, совет, увещевание, мольба. Все эти оттенки побуждения создаются интонацией, лексическим значением глагола, контекстом (ситуацией) и специальных грамматических средств для своего выражения не имеют.

   Специфические оттенки значения характеризуют формы 2 л. ед. ч. повелит. накл., употребленные в обобщенно-личном значении. Например, в пословицах: Хлеб—сольешь, аправдурежь; Пей, даделоразумей; Говори, данезаговаривайся; Неплюйвколодец, пригодитсяводынапиться; Невсвоисанинесадись. Отрыв действия от его непосредственного производителя и возможность адресовать повеление любому лицу определяют собою широкое употребление форм 2 л. ед. ч. повелит. накл. в целом ряде значений, далеких от собственно побуждения. С побуждением их объединяет лишь значение ирреальности (возможности, желательности) действия. На категориальном значении побуждения основано употребление форм повелит. накл. при выражении значений: 1) желательности; 2) долженствования; 3) вынужденности; 4) невозможности осуществления действия; 5) неограниченной возможности, легкости осуществления действия. Ниже иллюстрируются все эти употребления форм повелит. накл. (подробно они описываются в разделе «Синтаксис. Простое предложение», § 1942—1946).

   1) Побуждение в соединении со значением желательности выражается формой повелит. накл. в возможном сочетании с частицей бы; такие предложения имеют обобщенно-личное значение: [Лиза:] МинуйнаспущевсехпечалейИбарскийгнев, ибарскаялюбовь (Гриб.); Громомихсожги! (Бунин); сюда же: Пропади (бы) всепропадом; Провались (бы) онивтартарары; Разорвитомуживот, ктонеправдойживет (старая посл., Даль).

   2) Побуждение в соединении со значением долженствования (с разными его оттенками) представлено, например, в таких употреблениях: Всяксверчокзнайсвойшесток (посл.: (должен знать)); Комукадят, тотикланяйся (посл.); Здесьживинекакхочешь – кактеткихотят (Пушк.); Вынеплатите, аязавасотвечай? (Чех.); [Мышлаевский:] Довольно! Явоююсдевятьсотчетырнадцатогогода. Зачто? Заотечество? Аэтоотечество, когдабросилименянапозор?! Ияопятьидикэтимсветлостям? Нунет (Булг.).

   3) Значение вынужденности выступает при обобщенно-личном употреблении форм 2 л. ед. ч. в сочетании с частицей хоть в ряде фразеологических оборотов; побудительность ослаблена, и на первый план выдвигается общее оценочное (отрицательное) значение: таквсеплохо, хотьплачь; хотьбеги; хотьубей; хотьложисьдапомирай; хотьвешайся.

   4) Значение невозможности совершения действия (также в обобщенно-личном употреблении) обнаруживается в случаях типа: Емуислованиктонескажи; Ивозразитьнесмей; Ждиотнегопомощи, какже!

   5) Значение неограниченной возможности, легкости осуществления действия представлено в таком, например, употреблении: ДобрыйдокторАйболит! Онподдеревомсидит. ПриходикнемулечитьсяИкорова, иволчица, Ижучок, ичервячок, Имедведица! (К. Чук.).

   § . Формы совместного действия, как правило, не выражают категорического побуждения. Для них характерно значение приглашения: Дорогая, сядемрядом, Поглядимвглазадругдругу (Есен.); – Сыграем? Янеповерилсвоимушам: – Какжеясвамибудуиграть? – Ачтотакое? – Выжеучительница! (Расп.); ДарьяВласьевна, соседкапоквартире, Сядем, побеседуемвдвоем (Берг.); Перекурим, ребята. Повторятьприглашениенеприходится (газ.).

   Побуждение с большей определенностью передается формами и сочетаниями с частицей давай(те), но и в этом случае значение приглашения к совместному участию в действии преобладает; например: давайтевеселиться, давай(те) поедем(те), давай(те) купимбилетывтеатр.

   Форма совместного действия, как правило, не употребляется с подлежащим-местоимением мы. Такое употребление возможно в разговорных контекстах, чаще в сочетании с частицей —ка, причем подлежащее обычно следует за сказуемым (поедемте—камыдомой), а также с частицами дай и давай (давайте—камынапишемписьмо или давайте—канапишеммыписьмо).

   § . Сочетания с пусть, пускай, обозначающие побуждение, адресованное к 3 л. ед. и мн. ч., обычно употребляются с местоимениями он, она, они или с существительными, называющими лицо или предмет: пустьонприходит; пустьонауезжает; пустьонирасскажут; пустьстудентыедутнапрактику; пустьбагажостанетсянавокзале. Сочетания с пусть, пускай могут иметь оттенок пожелания (Пустьживутвмоемсердцемечтаитревога. Ошанин), долженствования (Пустьниктонеиграетсогнем – (никто не должен играть)), допущения (Нуипустьимлегкоживется. Сельв.; Ипустьприходитстарость. Н. Рыленков).

   Те же частицы в сочетании с формами 1 л. буд. вр. простого и буд. вр. сложного могут оформлять побуждение, обращенное к 1л., т. е. к самому говорящему. Такие сочетания редки; значение побуждения в них обычно соединяется со значением желания, допущения, принятия: [Бобчинский:] Ужнемешайте, пустьярасскажу, немешайте! (Гоголь); Пустьвсегдабудетмама, пустьвсегдабудуя! (песня); Пустьсеберуки, игубы, исердцесожгу! (Цвет.).

   О сочетаниях типа дайпопробую, дайвзгляну см. «Синтаксис», § 2210.

   § . В системе глагола есть формы, совпадающие с формами 2 л. повелит. накл., но не имеющие значения побуждения и выступающие только в составе определенных синтаксических конструкций.

   1) Формы со значением обусловливающего действия, выступающие всегда в составе условного предложения: Нониктонезналотайнойбедемоей, и, скажияоней, никтобымненеповерил (Пастерн.); Пушкин – генийиЭйнштейн – гений. Чтоможетихобъединять? Незнаю, нодумаюпочему—то, чторазговорисьПушкинсЭйнштейном, имнебылобыскучно (Я. Голованов). В ряде контекстов, прежде всего в обобщенно-личном употреблении, такая форма сохраняет категориальное значение побуждения: Изменитеколорит, икартинаиспорчена; Расскаживсюправду, никтотебенеповерит; ЗаговоритеонашествииНаполеона, исразувспомнятсяБородино, пожарМосквы, Смоленскаядорога (Песк.); ПисьмоСамоНикуданепойдет, Новящикегоопусти – Онопробежит, Пролетит, ПроплыветТысячиверстпути (Маршак).

   2) Формы, обозначающие неожиданное и неподготовленное, обычно нежелательное действие: Егождут, аониопоздайнацелыйчас. Для этих форм нормально сочетание с и, возьми, возьмии. В художественной литературе отражено употребление этих форм в разговорной речи и в просторечии: Емубывсторонуброситься, аонвозьмидапрямоипобеги (Тург.); Ивотвдругмнетогдавтужесекундукто—тоишепнинаухо… (Дост.); Титка, когдамыраскулачивали, онинападинатоварищаДавыдова (Шолох.).

СОСЛАГАТЕЛЬНОЕНАКЛОНЕНИЕ

   § . Сослагательное наклонение имеет категориальное значение возможности, предположительности. Это значение выражается аналитическими формами, состоящими из глагольной формы на —л (совпадающей с формой прош. вр.) и частицы бы (б): игралбы, игралабы, игралобы, игралибы. Так же как и повелит. накл., сослагат. накл. не имеет форм времени. В отличие от повелит. накл. оно не имеет форм лица, но имеет в ед. ч. формы рода: мужского (сказалбы), женского (сказалабы) и среднего (сказалобы). Формы сослагат. накл. противопоставлены по числу – единственному (сказал, —а, —обы) и множественному (сказалибы).

   При употреблении форм сослагат. накл. частица бы не обязательно располагается непосредственно вслед за формой на —л; она может: 1) отделяться от форм на —л другими словоформами (Едвалибыстарикнашел, чтоответитьему. Чех.; Насненужножалеть, Ведьимыникогобнежалели. Гудз.; Онбыужевчераприехал); 2) выступать в сочетании с подчинительными союзами (см. § 1674, 1683), причем степень слияния союза с частицей может быть различной: от совместного участия союза и формы сослагат. накл. в формировании сложного предложения до слияния простого союза с частицей бы в целое новое слово – составной союз (см. § 1676).

   Примечание. Частица бы входит в состав аналитической формы сослагат. накл. только в сочетании с формой на —л; синтаксические сочетания с формами повелит. накл. (придибы), инфинитива (узнатьбы), причастия (узнавшийбы) не являются морфологическими формами сослагат. накл. глагола.

   § . Присущее форме сослагат. накл. значение предположительности проявляется, например, в таких употреблениях: [Елена Андреевна:] Мнехочетсяиграть… Ясыгралабытеперьчто—нибудь (Чех.); Безобщеговашегосогласиятыбысюданеявился (Фед.); А, бытьможет, годназадТыбыздесьизведал, воин, То, чтонашизведалбрат (Твард.).

   В зависимости от синтаксических условий и контекста значение предположительности может варьироваться и представать как значение желания (1), побуждения (2) или возможного обусловливающего действия (3).

   1) Формы сослагат. накл. широко употребляются для выражения желания в разных его оттенках. При этом формы сослагат. накл. часто объединяются с частицами и выступающими в роли частиц наречиями: пустьбы, толькобы, лишьбы, чтоеслибы; хорошобы, лучшебы, скорейбы, хорошобычтобы, вотбыхорошоеслибы, какбытольконе: ЭтомножествоводыОченьдухсмущаетмой. Лучшебвырослисады, Там, гдеслышенморявой. ЛучшебтутстоялихатыИполезныерастенья, ЗверибегалирогатыДлякрестьянувеселенья (Забол.); Сидишьтут, глупостямизанимаешься, лучшебыужинприготовилаилихотьчайникпоставила (Кетл.).

   2) Формы сослагат. наклонения с безударной частицей чтоб употребляются для выражения побуждения: Чтобтыбольшенеприходил!; Чтобонсюдатоварищейнеприводил!; Чтобятебябольшездесьневидел!

   3) В придаточной части сложного предложения формы сослагат. накл. обозначают действие, обусловливающее собою то, о чем сообщается в главной части: [Анна Петровна:] Ачтобывысделали, еслибывывыиграли? (Чех.); Оноченьпригодилсябысегодняночью, еслибынесломалсебеногу (Горьк.). Те же отношения в бессоюзных предложениях: Училсябытыхорошо, всебылибыдовольны.

Подробно употребление форм сослагат. накл. описано в разделе «Синтаксиc».

Употребление глагольных конструкций действительного и страдательного залога в русском языке Глагол Морфология Русский язык статьи правила онлайн
Оцените статью
Залог недвижимости
© 2025 Залог недвижимости